Игра в мафию - Ким Харим Страница 79

Кто-то тихонько сказал:

— А… А что с господином Но Чунсоном?

— За действие, которое подвергало опасности человеческую жизнь, следует получить наказание.

Смотря на выдержанное лицо Кичжуна, Мёну ощутил дрожь.

— Но если надолго оставить его связанным, тело затечет и будет болеть…

Стоило Сиён высказаться, что так нельзя, Юнги с раздражением ответил:

— Ну и что с того. Вы не участвовали в том, чтоб его связать. Знаете, какая у него силища? Вы будете отвечать, если его развязать, а он опять тут чего устроит? Кто решится, а?

Сиён тихонько пробормотала едва приоткрытыми губами, что вряд ли он снова так сделает. В ответ на ее упрямство Юнги жестко сказал:

— Добренькую из себя изображать будете где-нибудь в другом месте. А здесь, когда жизни людей в опасности, этого не надо.

— Вы… Вы слишком резки… – Губы Сиён дрожали.

Посмотрев на ее побледневшее лицо, Юнги выпалил:

— А что, если он вообще убийца? А эту девушку почему никто не подозревает? – В ответ на эти неожиданные слова повисла тишина. Вроде как само собой Сиён была исключена, но вот опять ей напомнили, что она тоже входит в число подозреваемых.

Мёну поднялся, чтобы сменить тему:

— Помимо господина Но Чунсона, теперь включим в круг подозреваемых всех, считая двоих полицейских.

Все посмотрели на Мёну, словно спрашивая, что он хочет этим сказать.

Он немного занервничал, но у него был наготове ответ:

— Как сказал профессор Хон, отключить камеру мог и не убийца, и не двое полицейских. Но вероятность того, что полицейские, находящиеся здесь, не убийцы, составляет вовсе не ноль процентов, как мне кажется.

— Тогда и всех организаторов надо включать? – спросил Сухо.

— Сейчас организатор – всего один человек, то есть я и мой младший коллега, с которым я очень давно работаю. Нас включать нет необходимости, – на этот раз ответил Кичжун.

— Да? А кто говорил на первом этапе, что организаторов десять человек, а теперь, оказывается, один? – задал вопрос Юнги, и Сухо ткнул его в бок.

— Сейчас-то уже это вне закона, не то что тогда. – В этой фразе послышался явный сарказм.

Мёну снова подвел логичный итог:

— Так. Даже если воспринимать сидящего там младшего коллегу, эксперимент был начат, исходя из предпосылок, что преступник непременно должен появиться здесь, и буквально все, кто находится здесь, должны быть включены. Он же мог принять участие в качестве организатора? Мог. Соответственно, я полагаю, что включить двоих полицейских – правильное решение. Как вы следите за нами, следите так же и за ними, пожалуйста. Честно говоря, мне страшно от мысли, что кто-то из них может оказаться преступником.

Кичжун и Мёну встретились взглядами. Смотрели одинаково зло, словно выдерживая взгляд друг друга.

На самом деле Мёну был абсолютно убежден, что так нельзя. И потому ставил целью показать, что ни за что не будет подчиняться.

На удивление, Кичжун отступил:

— Хорошо. Если хотите, давайте так. С настоящего момента сержант Чин Сокку и патрульная Ли Хёнсо также будут считаться подозреваемыми.

Сокку и Хёнсо от удивления раскрыли рты, а Кичжун посмотрел на них внимательно.

На это никто не возражал.

Кичжун ушел в свою комнату.

Мёну тоже поднялся со своего места.

— Я, пожалуй, тоже пойду. По словам профессора Хона, все равно ответа пока нет, так что только измотаешься, вот и все. Я устал, мне надо отдохнуть.