Магрибский колдун - Елена Леонова Страница 79

— Пока не знаю. Что-то в этой Нэлли не так… не могу уловить. Она сдержанная, но местами выплёскивается агрессия… такая едкая. А потом женщина опять становится спокойной.

— Перемены настроения, — прокомментировала Виктория.

— Да. Она словно ненавидит своих подруг. До сих пор. Спустя столько лет! Чисто гипотетически Нэлли может быть убийцей. Когда я сообщил ей о жертвах и о том, что она в опасности, не заметил ни страха, ни сочувствия, ни паники на её лице.

— Похоже на алекситимию. Это неврологическое и психологическое состояние, при котором человек испытывает трудности с идентификацией и выражением своих чувств.

— Но гнев есть.

— Гнев — очень сильная эмоция. Её проще осознавать.

— Виктория, — обратился к ней Саблин, — а вы можете сделать запрос по своим каналам: не проходила ли Нестерова лечение от каких-нибудь психологических заболеваний?

— Ну… Это будет непросто. Врачебная тайна, как вы понимаете. Но я смогу, — улыбнулась Колесникова.

— Тогда давайте, да.

— А какой у Нестеровой мотив? — послышался голос Шульца.

— Думаю, подруги как-то поступили с ней, что она до сих пор чувствует обиду на них. А Кучинская, как мы уже обсуждали, была катализатором.

— Ну, думайте, товарищи следователи. Мне пора, — сказал Влад.

— Да, спасибо. До скорого.

Саблин сбросил звонок, но не успел он положить телефон на стол, как тот вновь затрезвонил.

— Слушаю.

— Товарищ майор, здравствуйте, — послышался тихий голос. — Это Нестеров.

— Да, добрый день, Савелий, — Саблин посмотрел на Викторию, а затем на своих коллег. Все замерли, наблюдая за следователем.

— Прошу прощения, но я хотел бы узнать, когда отпустят мою сестру? Или вы её задержали?

Саблин секунду обдумывал услышанное.

— Мы её не задерживали, — он посмотрел на время. — Нэлли ушла из отделения часа три назад, — майор снова взглянул на коллег, и на его лице отразилось волнение.

— Три часа? — нотки тревоги послышались в тоне Савелия. — Но она не вернулась ещё домой. Как странно…

— Не волнуйтесь, пожалуйста, наверное, ваша сестра зашла в магазин или на работе?

— Нет, нет, у неё сегодня выходной. Но в супермаркет… да, может быть.

— Не переживайте. Уверен, Нэлли скоро появится. И наберите мне сразу же, как она будет дома.

— Ладно. Хорошо. Спасибо.

— А… да, минуточку, — добавил следователь, — раз уж позвонили. Скажите, вы бывали когда-нибудь в доме отдыха «Сосны»?

— «Сосны»… Нет.

— Вы в курсе, что ваша сестра знала жертв убийств, о которых я вас спрашивал вчера?

— Она не говорила.

— И у нас новая пострадавшая — Диана Самедова. С ней Нэлли тоже была знакома. Со всеми тремя жертвами она училась в одном институте и дружила. Вы точно их не знаете?

— Нет. Сестра старше меня на пять лет. Когда она училась, я был ещё в школе.

— То есть никогда не встречались с подругами сестры?

— Нет.

— И Нэлли вам не говорила о своих взаимоотношениях с ними?

— Нет. Простите. Я ничего не знаю.

— Ладно. Спасибо.

Саблин убрал телефон в карман.

— Что случилось? — спросила Максимова.

— Нестерова не пришла ещё домой. Брат волнуется.

— Наверное, зашла куда-то? — предположил Синицын.

— Или… она в опасности, — сказала Дина.

Саблин думал. На улице светло, день. Не мог же преступник её похитить?

— Да не, — Синицын замотал головой, в унисон мыслям майора, — вряд ли. Убийца не будет действовать так открыто, к тому же это нарушает его правила, — он посмотрел на Колесникову.