Пионеры не умирают - Елена Булганова,Ольга Кудрявцева Страница 95

Сторож указал на схеме.

— Они сохранились? – уточнил Борис.

— Нет. Я ведь говорил, местные жители пустили оставшееся в оборот – стройматериалов тогда не достать было. Но вот на фундамент одного строения я недавно наткнулся, когда по лесу бродил. Вернее, не фундамент, а одно название – деревья за столько лет все разворотили своими корнями. Но если предположить, что их и строили для того, чтобы что-то надежно скрыть и чтобы даже свои не знали…

— Думаете, там, под фундаментом, что-то зарыто?

Шварц загорелся, вскочил на ноги. Он был готов немедленно нестись в лес и голыми руками приступать к раскопкам. Иван Петрович не спеша поднял и опустил прямые широкие плечи.

— Вот пообщался с тобой и задумался: а неплохо бы проверить. Уж там-то куда больше смысла рыть, чем на берегу.

— Можно помочь вам?

Сторож высоко взметнул брови, глянул на Борю как-то иронично, словно сомневался, что он хоть раз держал в руках лопату, но затем коротко кивнул.

— Хорошо, как-нибудь на рассвете пороемся там. Сменщика своего я просить не стану. Он, между нами говоря, тот еще лентяй, сверх циркуляра не наклонится… Пойдешь завтра на пробежку в это же время?

— Я и раньше могу, в три утра. Вы же сказали, что на рассвете встаете.

— Точно в три? – прищурился сторож. – Не проспишь?

— У меня хорошее чувство времени.

— А вареный потом днем ходить не будешь? Смотри, я лицо, за вас ответственное!

— Не, я дома еще меньше сплю, а здесь еще и отбой ранний.

— Ладно, договорились. Тогда завтра в три утра жду тебя у лагерных ворот.

Разумеется, на следующее утро Борис пришел на место за десять минут до назначенного часа. Иван Петрович ровно в три вышел из своей сторожки, в каждой руке неся по лопате. Он без улыбки кивнул мальчику, открыл ключом боковую калитку, потом запер ее за собой.

По лесу они тоже шли молча – видно, по утрам сторож бывал неразговорчив. Да и трудно было говорить, потому что тут оказался густой непролазный лес, а не истоптанный во всех направлениях лесопарк, к которому Шварц привык в родном городе. Было мало тропинок, зато полно деревьев, рухнувших от старости, и приходилось постоянно смотреть под ноги, потому что в земле попадалось множество рытвин, которые сторож коротко назвал «военными шрамами». Воздух наполняли противная мошкара, лезущая в рот, и комары. Они Бориса хоть и не кусали, но выводили из себя непрерывным зудением.

Потом лес из смешанного перешел в сосновый, чистый, идти стало легче. Через пять минут ходьбы Боря больно ударился носком обо что-то остро торчащее из земли. Он пригляделся. Между корнями сосен выпирали осколки цементного фундамента, а в одном месте сохранился целый монолит размером метр на метр.

Борис даже не предполагал, что будет так тяжело. Он-то представлял, что придется копать землю, а не рубить лопатой корни, чтобы углубиться хоть на десяток сантиметров. Но теперь уже невозможно было отступить, потому что бок о бок с ним упорно и методично трудился Иван Петрович. Он высказал разумную мысль: нужно попробовать подкопать под цементный блок – не зря же именно в этом месте он наиболее прочный.

Работали они около часа, так что Шварц уже не чувствовал рук. Но тут лопата звякнула обо что-то металлическое. Он пробормотал, не веря сам себе:

— Там что-то есть…