Хенкан. Последний эксперимент - Мария Дубинина,Сора Наумова Страница 103

— Да, – согласился он, – да, я твой отец. Мама тебе про меня рассказывала?

— Она бы ни за что не сказала, что ты ее бросил, но я уже не ребенок и все понимаю.

— Но это неправда!

Йоичи мгновенно ощетинился, сжался, приподнимая плечи, и Сората вдруг увидел в нем себя, и это ошеломило его, как удар молнии.

— Я не бросал вас, – почти прошептал он. – Я не бросал вас, я просто не знал.

— Врешь.

Ветер подхватил это слово и швырнул Сорате в лицо. Серый мир дрогнул, позади Йоичи вытянулись черные тени, и ставший ледяным воздух оцарапал горло.

— Надо уходить, – сказал Генри. – Быстро. Надо уходить отсюда.

Беспокойство в его голосе напугало Сорату, и даже Йоичи удивленно приподнял брови.

— Надо уходить, – повторил Генри, и, наконец, Сората тоже почувствовал.

Что-то огромное, всепоглощающее и неотвратимое, как смерть, приближалось к ним. Сората не знал, откуда пришли эти ощущения, просто навалились вдруг, так что стало тяжело дышать. Страх родился где-то в животе и ледяной водой разлился по телу, затопляя собой каждый дюйм, каждую нервную клетку. Голова закружилась, и Сората перестал чувствовать руки и ноги. Страх быстро перешел в ужас, во рту пересохло, язык прилип к небу, по коже пробежались мурашки, поднимая волоски, словно через Сорату прошел электрический разряд. Потом накатила паника, и тело сотрясла крупная, похожая на судороги, дрожь.

И все это за считанные секунды.

— Нельзя здесь оставаться! – крикнул Генри. – Быстрее! Быстрее!

Йоичи сорвался с места и подбежал к ним. Сората поймал его за руку, и они побежали уже втроем, все равно куда. Сората ничего не знал о теневой стороне, это вотчина Генри, но догадывался, что к ней нельзя применять привычные законы. Они словно двигались внутри гигантского лабиринта, и ходы постоянно искажались, поворачивали и сменяли друг друга вопреки всем правилам. Страх наступал на пятки, дышал в спину, шевелил волосы на затылке, и Сората крепче стискивал ладонь Йоичи. Генри бежал впереди, все быстрее и быстрее, но оба они знали, что безбожно не успевают. Нечто неминуемо настигнет их. И когда это случится, смерть покажется избавлением.

— Куда теперь? – спросил Сората. Они вышли к служебному коридору, узкому и неприветливому. Они не были здесь прежде, возможно, его даже не существовало в действительности. Морозной волной накатил ужас, не оставляя им выбора. С каждой секундой становилось все холоднее. Генри жестом велел Сорате и Йоичи держаться позади и достал нож.

— Не думаю, что тебе это поможет, – заметил Сората тихо. – Обычным оружием призраков не победить.

Он старался не показать страха, чтобы не пугать сына. Мальчишка жался к нему, наконец-то позволив отцу по-настоящему прикоснуться к себе. Густой запах опасности притуплял все остальные, лишние сейчас чувства. Это ощущение было им знакомо. Им с Генри. Они столько раз испытывали его, боясь не за себя – за другого. И вот все повторяется.

— У тебя есть варианты?

Сората покачал головой. Глаза привыкли к вечно серой дымке теневой стороны и стали различать цвета, такие же, как в реальности, но грязнее, темнее: – бордовые обои, красный ковер, но больше всего на свете Сорате хотелось зажмуриться. Так, по крайней мере, не пришлось бы видеть тяжелые тени на застывшем лице дорогого человека.