Кровь Геркулеса - Жасмин Мас Страница 109

Сконцентрируйся.

Тихим, злым голосом я предупредил ее, чтобы она лучше заботилась о себе. Предупредил, что в противном случае, она столкнется с последствиями.

Она с ужасом посмотрела на меня.

Кронос, из-за нее я почувствовал себя чудовищем. Словно это не она подставила Елену под удар. Я пытался уберечь всех.

Она думала, это легко?

Думала, что я буду ее опекать? Приму ее с распростертыми объятиями? Буду аплодировать тому, что она безрассудно рискует жизнью, как идиотка?

Алексис смотрела на меня снизу вверх, ее длинные темные ресницы трепетали. Вблизи я мог разглядеть золотые искорки в ее глазе цвета полуночи.

Ее язык высунулся, и она облизала покрытые кровью идеально изогнутые губы.

В шелковых боксерах стало тесно, и я мгновенно возненавидел себя.

Блядь, что я делаю?

Я старше ее, и я ее профессор.

Это неправильно, с какой стороны ни посмотри.

Что-то в Алексис заставляло меня терять контроль.

Из-за нее я сходил с ума от ярости.

Если я останусь в этой библиотеке еще хоть на секунду, я убью обоих мальчишек за то, что они трогали Алексис, а потом похищу ее и прикую наручниками к своей кровати.

Я бросился прочь.

Поко заверещал и забрался мне на плечи. Его вес был знакомым. Успокаивающим.

Я вышел в теплую ночь и завыл от ярости. Над головой сверкало море звезд.

Млечный Путь сиял желтым цветом.

Я с силой ударил камень, пытаясь отдышаться.

Тряхнув головой в замешательстве, я направился к горной тропинке.

Мне нужно было пробежать круг, чтобы прийти в себя.

Через несколько часов мои мышцы горели от напряжения, а на лице вновь появился фасад спокойствия.

Клеандр зашел в библиотеку, объявил о выходных, нажал кнопки на своем пейджере и телепортировался.

Дебютанты испуганно проснулись.

Патро и Ахиллес прибыли первыми и схватили едва пришедшую в сознание Алексис.

Я хрустнул костяшками пальцев.

Какого черта они так фамильярно прикасаются к ней и почему меня это бесит?

Я уставился на них, они посмотрели на меня с замешательством, а затем с громким хлопком исчезли в черном дыму.

Я едва сдержался, чтобы не последовать за ними.

Тебе нужно отвлечься.

Начали прибывать остальные наставники. Я схватил Алессандра и Титуса за грудки и потащил за книжный шкаф.

С силой швырнул их на пол.

Они вскрикнули от боли. Хорошо.

Агония взорвалась в моей груди, когда я активировал свои силы, поднял их обоих и посмотрел им в глаза.

Давление обожгло мой череп.

У них не было ментальной защиты, и я ножом вонзился в их жалкие Олимпийские умы.

Только Хтоники сопротивлялись, а разум Олимпийцев был мягким и податливым.

Они упали на колени.

— Если вы еще хоть раз посмеете обидеть Алексис или любую другую женщину, – прорычал я прямо в их черепа, – я уничтожу вас изнутри.

Они плакали как дети.

Я сделал им больно.

Кровь лилась из их ртов, глаз, носов и ушей. Она покрывала их красными реками. Они задыхались и захлебывались, не в силах дышать.

Будь они людьми, давно бы умерли.

Но они были Спартанцами и потому выжили. К сожалению.

Я сел поверх них.

— Спартанцы не обижают женщин, потому что в противном случае их обижу я. Поняли? Я продемонстрировал лишь мизерную часть того, на что способен.

Их сознание задрожало от агонии и начало ломаться. Они задыхались все громче.

Я закатил глаза, потому что почти не использовал свою силу; их мозги даже не вытекли из ушей.