Черный автобус. Мистика Ленинграда - Сергей Седов Страница 14

— И сразу тумблер обратно, – подсказал Лешка.

— Да, точно, – сказала Таня и щелкнула тумблером.

Рации в руках ребят снова зашипели, а через секунду в них одновременно прозвучали слова Миши:

— Сокол, как дела, Сокол? Прием.

Компания подростков тут же принялась шутить и обзывать друг на друга по рации. Они весело смеялись и менялись местами, по очереди бегая в соседнюю арку и практикуя свои навыки в обращении с рацией. Тем временем в некоторых окнах уже загорался свет – единственный источник освещения в мрачных дворах Ленинграда. Небо было затянуто облаками, и на нем не было видно ни единой звезды. Даже луну можно было с большим трудом обнаружить лишь по тусклому свечению где-то в глубине серого небесного ковра из облаков. Порывы ветра, врывающиеся во двор, становились все сильнее и холоднее. Наконец, вдоволь наигравшись с рациями, ребята вновь собрались вместе. Немного замешкавшись, Таня посмотрела на свою подругу, и обратилась ко всем:

— Ребзя, это все, конечно, весело, но нужно повторить правила игры. Если честно, я и сама их не очень хорошо поняла. Это что-то вроде пятнашек?

— Ну да, – заговорил Миша, – очень похоже на пятнашки. Наверное, когда-то давно мы в них и играли. Но потом правила переделались для нашего удобства. Водил много, и их называют охотниками. А все, кто от них убегают, – зайцы. Чтобы поймать зайца, недостаточно просто его коснуться. Нужно его схватить и сосчитать до трех. Если заяц сможет вырваться, то это не считается. Кусаться, пинаться и прочее строго запрещено. Обычно, если тебя поймали, то ты просто остаешься в руках охотника, и все. Это правило нужно лишь для спорных моментов, когда зайца вот-вот схватили за край куртки, например, а он все же смог улизнуть.

— Кстати, – добавил Дима, – важный момент. Если зайца поймали, то он не выбывает из игры, а становится охотником и вместе с остальными ищет и ловит других зайцев.

— Как? – удивленно спросила Таня. – Но ведь тогда охотников может стать слишком много?

— Именно, – ответил ей Миша. – В этом и суть. Иногда пятнадцать человек начинают ловить одного и никак не могут его выследить. Или выслеживают, но никак не могут поймать, попадаются и такие герои, и каждый хотел бы им стать, поэтому никто никому не помогает из зайцев, каждый сам за себя.

— Есть еще один момент, – вновь прервал Дима. – Иногда зайца могут обратить в охотника, но остальные зайцы могут об этом не знать, поэтому он может спокойно подкрадываться к другим зайцам и даже просить их о помощи, обманув и неожиданно схватив их.

— Да, – вклинился Леша, – но вам это не пригодится, потому что вы будете шпионами. Все, что вам нужно, это выслеживать зайцев и говорить нам, в какое дворы они побежали.

Таня усмехнулась и, немного подумав, спросила:

— Значит, бегать и прятаться можно во всех соседних дворах?

— Абсолютно везде, – ответил Миша. – Весь квартал, любые места, главное – не переходить через дорогу. Можно выбегать в парк на Большом, но до дороги. Можно бегать вдоль линий и к набережной, но опять же не переходя дорогу. А можно использовать дворы, все парадные, все переходы… были даже случаи, когда зайцы прятались в мусорном баке!

— Фу-у-у! – скривилась Таня.

— Ну это уж кто во что горазд, – ответил ей Миша, – кто на что готов пойти ради победы. Здесь и без мусорных баков есть полно укромных мест. Немало парадных, через которые можно выбежать в другие дворы.