Колдовская ночь - Александр Матюхин,Александр Подольский,Дмитрий Тихонов,Дарья Бобылева,Мария Роше,Элина Лисовская,Алексей Провоторов,Наталья Русинова,Диана Чайковская,Екатерина Шитова,Саша Уба,Рина Солнцева Страница 147

Тума снова пожал плечами:

— Не знаю, вышечтимый марон. Правда, не знаю.

Крытень вздохнул. Вынул из-за пояса тяжёлый, туго набитый кошель, положил перед Тумой. Штударь взял его, подкинул на ладони, поразмыслил и качнул головой:

— Больше оговорённого не возьму. А прочее… тебе скоро нужнее будет, – чуть приметно усмехнулся. – На подарки маронке одной.

И, не слушая возражений, высыпал горку монет на стол.

Наутро его и след простыл. Крытень рассудил, что Тума отправился, как ему и велели, в Ученище. После всего что случилось, марон не посмел бы его удерживать. Да и не хотел: сердце чуяло приближение новой жизни, ощущало, как торопится к нему неведомая, но такая долгожданная и счастливая судьба. Он никак не мог вспомнить её имя и облик, но верил, что она уже рядом, что он узнает её с первого взгляда и что любовь вот-вот озарит своим тёплым светом его одинокий дом…

* * *

Солнце уже начало припекать, когда Тума открыл глаза и выбрался из-под повозки. Предыдущую ночь он почти не спал: то опасался, что найдут его люди Крытеня, то боялся пропустить время и не выполнить то, что велел ему таинственный голос. А велено было, едва посветлеет небо, вытащить из повозки кожаный мешок и спалить его на костре, что Тума и сделал. Штударь ходил туда-сюда, то и дело потирая глаза – с ними продолжало твориться странное: то мерещились расплывчатые силуэты, то всё затягивала призрачная пелена, то ненадолго ясность зрения возвращалась. Почувствовав на себе взгляд, Тума обернулся: могучий вороной конь внимательно смотрел на него – будто в лошадиной шкуре скрывалось разумное существо.

Штударь вздохнул, принёс воды и напоил коня. После вновь затоптался, поглядывая, не идёт ли Оксюта. Но она всё не шла. Не пришёл и тот, кто вчера в овраге поднялся вместо него, когда он, перепуганный, не смея даже дышать, прижимался к земле под густыми ветвями кустарника. Впрочем, было глупо надеяться, что после схватки с ведьмой неведомый помощник сразу вернётся. О том, что он может не вернуться, Тума старался не думать. Уговор был ждать, вот он и ждал.

Солнце палило нещадно, и штударь уже хотел было забраться назад под повозку, но вороной вдруг встрепенулся, навострил уши. Тума обернулся: через рощицу к ним приближалась фигура. Вгляделся – и ощутил лёгкий звон в ушах, подогнулся в коленях. Да любого бы проняло на его месте при виде идущего навстречу себя самого!

Жеребец приветливо фыркнул, боднул подошедшего в ответ на ласковое похлопывание. Тума ошалело разглядывал парня, который казался его живым отражением.

— Что? – с лёгкой ухмылкой спросил тот.

— Не пойму я, чудится или… Кто ты и пошто напялил мою личину?!

— А как мне, по-твоему, нужно было себя за тебя выдать? – скривился второй Тума. – К марону пойти да сказать: мол, давай я третью ночь за штударя отслужу? Так Крытень не понял бы. Девки у вас тут помин не читают.

— Да что ты несёшь? Какие ещё девки?!

— А ты сядь, я тебе расскажу. Но сначала смотри…

Воздух перед глазами Тумы пошёл рябью. Его двойника окутало радужное сияние, знакомые черты лица стали расплываться, словно кто-то невидимой рукой разравнивал их и тут же лепил новые. Несколько мгновений спустя на Туму уже смотрела кареглазая Оксюта. Мужская одежда мешком повисла на ней.

— Ох, Вышнеединый… – только и сумел выдавить парень.