Корона огня и пепла - Мира Салье Страница 148

После скромного ужина – ягод и орехов, которые Мелина собрала в лесу, – они долго молчали и даже не смотрели друг на друга. Алин понимал, что им нужно немного поспать. Через пару часов ему понадобятся все его силы, чтобы сотворить разрыв. Но в последние недели сон очень редко посещал его, только если он вынужденно не отключался от боли. В голове вихрилось слишком много острых, как адский клинок, мыслей. И все они были лишь об одном…

«Месть, – шептало подсознание. – Месть».

Вчера он проспал всего несколько минут, прежде чем проснулся в испарине с чувством того, что все еще находится во мраке тюрьмы преисподней. Лишь лежащая напротив мирийка доказывала обратное.

Алин который раз воззвал к адскому огню, но клинок в его руке вспыхнул и погас.

— Думаю, через пару часов отдыха я смогу сотворить разрыв.

Мелина перевела на него сверкающие золотистые глаза.

— Хорошо, а то путь до Мирита неблизкий.

Они не обсуждали, куда направляются. Летели на юг, а там соседствовали Мирит и Виан. В Риналию, находившуюся под контролем Эмилиана, соваться было бы самоубийством.

— Почему Мирит?

— Николас и твоя сестра, вероятнее всего, сейчас во дворце с Дарнилом. По крайней мере, они были там, когда мы распрощались. Верни меня домой, а если твоих друзей в Мирите не окажется, наши дороги разойдутся и ты отправишься в Виан.

Алин кивнул, потерев грудь. При мысли об Андрии внутри кольнуло.

— Что ты намерен делать дальше? – вдруг спросила Мелина, вороша палкой угли и искоса поглядывая на него.

— Это уже не твое дело.

— Мне знаком такой взгляд. Ты жаждешь мести.

Она будто ждала, что он что-нибудь ответит, поделится своими планами или скрытыми переживаниями. Напрасно ждала. Поэтому неугомонная мирийка решила высказать то, что думала:

— Тебе причинили нестерпимую боль, из-за чего ты сам не свой. Тебе кажется, что ты до сих пор истекаешь кровью. Но позволь дать совет: отпусти прошлое, иначе это сгноит тебя изнутри.

— Он не заслуживает того, чтобы я… отпустил, – сквозь стиснутые зубы прошипел Алин.

— Да, не заслуживает, но ты заслуживаешь. Ты. Заслуживаешь. Покоя.

— Ты ничего обо мне не знаешь. – Он невольно коснулся шрамов на груди.

Как бы правильно ни звучали ее слова о том, что ему следует отпустить прошлое, старые и новые травмы всегда будут напоминать о себе, мешая строить будущее.

Алин жаждал вырвать глотки всем пособникам гребаного садиста и искупаться в их крови. И без магических кандалов, сковывающих дар, он одолеет демонов без особых усилий. Чистое высокомерие? Да. Зато правда. Затем он с превеликим наслаждением всадил бы клинок в гнилое сердце Эмилиана.

Он снова коснулся шрамов на груди и поморщился. Вероятно, этот жест Мелина расценила по-другому, посчитав, что ему больно. Она встала и приблизилась к нему.

— Твои раны залечили очень… неаккуратно. Хороший целитель сможет убрать грубость некоторых шрамов, не более.

— Знаю.

— Видимо, плети из адского огня схожи со световыми. Шрамы на спине Дарнила полностью убрать так и не удалось. – Она попыталась коснуться кожи Алина, но он перехватил ее руку и опять поморщился. Как же ему недоставало перчаток!

— Не трогай.

— У тебя какая-то неприязнь к женским прикосновениям? Я заметила, что ты постоянно напряжен. Расслабься, красавчик, я не кусаюсь. Острые зубки здесь только у тебя.