Корона огня и пепла - Мира Салье Страница 17

Николас так долго ждал от Рии заветных слов, но в тот момент они отозвались лишь вкусом пепла в горле.

Он никогда не забудет их первую встречу. Это случилось через несколько дней после того, как Кэл спас ему жизнь, и в Виан отправили посланника для обсуждения возможного союза.

Николас Вианорт, принц Виана, в одиночестве стоял у окна, заложив руки за спину. Сам король несколько дней назад слег с болезнью, поручив сыну взять на себя все государственные дела. Вианские советники были не готовы даже к встрече с демонами, не говоря уже о союзе с ними, поэтому Николас решил провести переговоры с посланником Риналии один на один.

Последние лучи закатного солнца, проникавшие сквозь витражные окна, озарили лицо Ника, заставив его прищуриться. Он повернулся к входным дверям как раз в тот самый миг, когда в них бесцеремонно ворвалась девушка.

– Приветствую, ангелок, – проговорила она, рухнув в ближайшее кресло. – Сообщи его величеству, что посланник из Риналии прибыл.

Называя его ангелом, она явно пыталась вызвать ответную реакцию. Видимо, ринальцы не видели никакой разницы между мирийцами и вианцами. Но в отличие от суеверных мирийских дурней, вианцам было плевать на Творцов, и они не бесились, если их называли ангелами.

Все в поднебесном мире знали, что жители Риналии были порождениями Дьявола, одной из высших форм демонов, однако те считали себя исключительно ринальцами. И не терпели, когда их причисляли к рангу демонов.

– Добро пожаловать, демонесса. – Уголки губ Ника невольно поползли вверх. – Королю Виана нездоровится, и сегодня тебе придется довольствоваться обществом его сына, то есть моим.

Ее ответная полуулыбка пробудила внутри него какие-то первобытные инстинкты.

Прирожденная хищница несколько раз оглядела его с головы до ног черными глазами с красными прожилками. Ни одна женщина в Виане не позволила бы себе такой вольности. Ее взгляд задержался на его полностью черных крыльях, которые встречались в основном у королевских особ или у членов древнейших семей вианцев.

Услышав, кто он, она не поднялась с места, не поприветствовала королевскую особу, как полагается, лишь выдвинула клыки и царапнула острыми красными ногтями кожаный подлокотник кресла. Если она рассчитывала его напугать, то добилась совершенно другого эффекта.

– Значит, ты и есть тот самый Николас, – промурлыкала демонесса, наблюдая, как он откровенно разглядывает ее. Она вновь оскалила зубы.

Ник лениво улыбнулся.

– Смотря что ты имеешь в виду, – ответил он и пригласил ее пройти к накрытому столу.

Следующие несколько часов они обсуждали детали союза, и все это время Николас изредка поглядывал на бесподобное лицо Андрии, на ее пухлые чувственные губы, на соблазнительную грудь в откровенным вырезе темно-бордового кожаного топа, а уже после ужина вжимал ее в двери отведенных ей покоев.

Рия была ненасытна. Он брал ее снова и снова, грубо и быстро, а она всякий раз впивалась ему в кожу острыми ногтями, царапая до крови, явно желая добавить крупицу жестокости.

Так продолжалось несколько лет. Переговоры, праздники, даже битвы – все заканчивалось близостью. Но постепенно в их странных отношениях что-то изменилось. Их слияния по-прежнему были дикими и неистовыми, а иногда все происходило долго и неспешно, превращаясь во что-то нежное, чувственное.