Кровь Геркулеса - Жасмин Мас Страница 171

А через несколько минут на плече выпятившего грудь колесом Алессандра сидела крикливая фиолетовая птица с двумя головами.

Дебютанты тихо зааплодировали ему.

Я не хлопала.

На руке Дрекса сидел золотой тукан, с которым он общался все это время.

— Смотри, Алексис, – позвал он.

Я показала ему большой палец вверх и растянула губы в фальшивой улыбке.

Время истекало.

Паника нарастала.

Встав, я побрела в сторону леса. Птицы взлетали, олень со странными рогами бросился прочь, а рыжий опоссум зашипел в мою сторону и забрался на дерево.

Может получится убедить всех, что моя покровительница – Никс? Она спала, обернувшись вокруг талии, нужно было лишь убедить ее показаться остальным.

Запасного плана у меня не было.

Гребучая жизнь!

— Ого. Почему я не удивлен? Какое животное захочет принять твою клятву? – Титус подкрался ко мне из-за дерева. Его распирало от гордости. На его плече сидел орел с неоново-зелеными отметинами и длинными золотыми когтями. – Они точно тебя убьют. Ты ведь так и не нашла себе покровителя.

Смеясь, он подошел ближе.

Его орел пронзительно заверещал, но не улетел. Почему-то животные, нашедшие хозяев, не пугались меня так сильно, как дикие, хоть их и раздражало мое присутствие.

Конечно, Титуса крик птицы позабавил, и он засмеялся еще громче.

Вот бы снова оказаться посреди ледяной реки.

Сжав в кулаки озябшие руки, я тяжело дышала через нос, чтобы успокоиться.

Титус подошел ближе, и его орел отвернулся, словно ему было неприятно смотреть на меня. Мне тоже, робот.

У моих ног внезапно что-то двинулось, и Титус с криком упал навзничь.

Орел агрессивно захлопал крыльями.

Раздалось угрожающее рычание.

Пушистик-младший стоял передо мной, защищая. Его голова была на уровне моих бедер, а странные белые пушинки шерсти стояли дыбом, вибрируя от ярости.

Неужели он вырос с нашей последней встречи? Он всегда был таким большим?

Титус указал на моего героя.

— Взять его!

Прежде чем птица успела среагировать, я громко взревела, наклонилась и неловко подхватила Пушистика-младшего на руки. Он оказался тяжелым, поэтому держать приходилось обеими руками.

Как он умудрился так растолстеть? Он же ест только ветки.

— Эта тварь укусила меня, – прорычал Титус, указывая на свою окровавленную ногу.

Поцеловав Пушистика-младшего в лоб, я прошептала:

— Хороший мальчик. – Бесформенное тело пса задрожало от возбуждения, он задрал голову и лизнул меня в щеку.

От мощного тухлого запаха из пасти у меня перехватило дыхание.

— Отдай мне эту штуку, – приказал Титус. – Ты знаешь правила. Если на Спартанца нападает животное, он имеет право отомстить. Отдай его. Сейчас же.

Я крепче сжала Пушистика-младшего и отступила на шаг.

— Ой, не придумывай, – ответила я. – Это просто ц-царапина.

Титус выставил вперед голень. Точнее, то, что от нее осталось.

— Да тут кость видна!

Святые угодники. Он что, откусил от него кусок и проглотил?

Я еще раз поцеловала Пушистика-младшего в голову. На этот раз за то, что нашел в себе храбрость поступить правильно в стрессовой ситуации.

— Если не отдашь его прямо сейчас, – угрожал Титус, – я заберу его у тебя силой. – Его орел взмахнул крыльями и наклонился вперед, словно готовясь к атаке.

Большая птица.

У меня засосало под ложечкой, сердце заколотилось. Я знала, что нужно делать. Никс очень разозлится, когда проснется.