Дети Цеарии - Владимир Сумароков Страница 2

– Все в магии связано, – прошептала матерь, одновременно убирая спицу из пучка и освобождая пряди, которые плавно распустились как целое поле адонисов. – Нельзя погрузиться в нее без Эфира, который как проводник дает почувствовать магию вокруг, ощутить ее в себе. Можно представить ее форму, как она течет в тебе, переливается, наполняет. И затем, испытав это, можно творить и охватывать этот мир своей силой.

Матерь склонила голову и посмотрела на тихонько посапывающую дочь.

– В этом и есть магия, – нежно проговорила она, приподнимаясь с кровати, при этом аккуратно укладывая Йованну на подушку. – И она с тобой всегда.

Матерь ласково поцеловала девочку в лоб. Та немного шевельнулась и еще больше укуталась в одеяло, оставив снаружи только веснушчатый носик. Женщина улыбнулась, задула лампадку и бесшумно вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Где-то вдали снова завыл пес.

Ночь обещала быть звёздной…

Глава первая: Роковая ночь

1

Тьма…

Запах гари, пепелища, жженого дерева и обгоревшего железа.

И едкий, влажный в носу с привкусом земли, приторно кисло-сладкий….

Запах. Плоти.

Огонь дожирал остатки речной мельницы, которая была единственным источником света в деревне. Его хватало, чтобы приметить два маленьких силуэта, осторожно передвигавшихся между узкими улочками.

— Десеана, где мама? – всхлипнул один из них, перед этим громко икнув.

— Тише, Асанар! – процедила сквозь зубы девочка, дернув брата за рукав. – Я не знаю… Не шуми, ОНО может быть здесь.

— Ууу! – тихо взвыл Асанар и моментально получил пощёчину.

— Я же сказала – тихо!

Парочка аккуратно пробиралась по улице, держась практически рядом с обугленными домами. Запах гари постепенно усиливался, становясь практически невыносимым. Дорога начала расширяться, и Десеана поняла, что они выходят к площади. На ней обычно полукругом располагались небольшие магазинчики, где местные добытчики и мастера торговали ягодой, рыбой, молоком, столярными инструментами, одеждой из меха и кожи и прочей утварью. Иногда заезжали путешественники и торговцы с других королевств, привозили игрушки, ремесленные вещи и оружие. Сейчас от этого всего не осталось и следа. Десеана взяла брата за руку и медленно выглянула за угол последнего дома на этой улице.

Перед ними открылось ужасное зрелище. Все прилавки и магазинчики, которые были выполнены из местного превосходного кедра, теперь были лишь горами обгоревших опилок вперемешку с брошенным товаром. Рядом с этими кучами и даже прямо в них расположилось множество обугленных практически до костей трупов жителей и редких торговцев. По центру площади виднелось возвышение, откуда обычно вещал управитель деревни, но теперь и это место превратилось в груду жженой древесины. А за ним был единственный мост, по которому можно было попасть в селение, пропадающий в дыму и ночном тумане в этот злополучный час.

— Пойдем, Асанар, тут недалеко до моста, – шепнула Десеана и потянула брата за руку.

— Я голодный, Десеана, мы ничего с собой не взяли! – заскулил Асанар.

— Нет времени на это! – резко одернула его сестра, – Нам надо сначала выбраться из деревни, потом разберемся.

— Хорошо… – вздохнул брат, крепко схватившись за её руку.

Дети сделали буквально несколько шагов, как вдруг почувствовали, что под ногами дрожит земля. Раздавались тяжелые шаги, прямо по той улице, где они были только что. Грузное дыхание сопровождало каждую поступь. Было ясно, что они не успеют добежать до моста. Десеана приметила небольшой овражик, который закрывал очередной холм трупов, и быстро потянула туда брата. Как только они нырнули в укрытие, из-за угла вышло нечто.