Энигма - РуНикс Страница 21

Следующие несколько дней пролетели как один миг, Салем и опомниться не успела.

С новым семестром начались занятия по всему кампусу, появились новые знакомые, желающие сблизиться, – пока не поняли, с каким скандалом связано ее имя, – и новые иерархии, которых приходилось придерживаться. Уже выделились те, кто занял лидирующие позиции и набрали свиту, следовавшую за ними по пятам, постепенно готовясь к жизни во внешнем мире, борясь за власть. И были те, кто жался к стенам, становясь невидимками, кто тихо скрывался от посторонних глаз и занимался своими делами, не желая участвовать в играх. Остальные же предпочитали держаться где-то посередине.

Салем остановилась в длинном коридоре, ведущем в небольшой сад, и посмотрела на свое отражение в витражном окне. Подобные окна, единственные яркие пятна в угрюмых серых и коричневых цветах, можно было встретить по всему кампусу. В этом витраже ее отражение выглядело ярче, чем ее внутренний мир.

Салем знала, что выглядит потрясающе, хотя ее внешность была необычной. Она лицезрела ее каждый день в зеркале: непослушные темные вьющиеся волосы, ниспадающие по спине, которые она старалась укладывать в небрежный пучок, никогда не державшийся дольше нескольких часов. Загорелая кожа, доставшаяся ей от отца, невысокая пышная фигура, унаследованная от бабушки. И сильнее всего выделялись сверкающие золотистые глаза, которые были отличительной фамильной чертой Салазаров на протяжении многих поколений, смесь карих и ореховых оттенков, настолько светлых, что на солнце казались жидким золотом, а в темноте – светящимся топазом.

Завораживающая снаружи, гнилая внутри.

Но разве не все люди гнили, с разной скоростью и в разной степени?

Салем продолжила свой путь.

Она знала, почему ее приглашали в различные группы – потому что она казалась диковинкой и приковывала взгляд нестандартной красотой, – но следом отвергали, как только узнавали, что она Салазар. Люди интересовались ею, но не настолько, чтобы рисковать репутацией своей семьи, ввязываясь в скандалы, с которыми в последнее время ассоциировали ее фамилию. Она верила, что со временем сплетни утихнут и люди перейдут к следующему скандалу. На самом деле ей было все равно, но порой все же действовало на нервы.

Большинство студентов, поступивших в Мортимер, были отличниками, что придавало университету еще больше эксклюзивности. Посредственных детей, даже если они, подобно Салем, принадлежали семьям наследников, отвергали. Репутация университета основывалась на заслугах и мощных связях, сформированных в годы становления, превратившихся во влиятельные альянсы во внешнем мире.

Вот почему большинство студентов уже знали свои специальности и выбирали предметы, следуя советам кураторов, встреча с которыми становилась обязательной частью учебного процесса, особенно на первом курсе. Как раз из-за нее Салем сейчас и вошла в небольшое, но роскошное фойе, ожидая, пока назначенный ей куратор освободится после предыдущей встречи.

Она взглянула в окно, вид со второго этажа административного здания стоил миллионы. Мортимер – настоящий джекпот в сфере недвижимости. Салем знала это, потому что отец некогда был магнатом в этой сфере, и она всю жизнь слушала его рассказы о собственности.

А Мортимер? Занимаемый им замок был на вес золота.