Узы Геркулеса - Жасмин Мас Страница 210

Харон схватил свою рубашку и разорвал.

Бриллиантовые пуговицы разлетелись по полу. Трахая меня взглядом, он бросил разорванную одежду на пол, мышцы перекатывались под бледной кожей.

Россыпь шрамов покрывала его грудь – бледную кожу испещрил узор из свежих розовых рубцов и старых белых линий, самый бледный из них располагался прямо посередине, и он с гордостью погладил его рукой.

Никогда еще я не видела ничего более прекрасного.

Я потянулась к нему. Август провел ногтями по моей спине, а потом и языком.

Харон покачал головой, не желая подходить ближе.

Он шагнул назад, пока не уперся в ранее выставленный стул, сел, широко раздвинув ноги, огонь осветил его изувеченную грудь.

Он медленно расстегнул ширинку брюк татуированными пальцами и погладил напряженный бледный член, увитый голубыми венами. Розовый кончик поблескивал в лунном свете.

— Иди сюда, жена… сядь, – лукаво приказал Харон. – Сейчас же.

Руки Августа погладили мою шею, нежно лаская ее.

Мурашки следовали за его прикосновениями.

«Иди к нему», – приятно пощекотал мой разум голос Августа.

Очарованная ими, я пошла к Харону.

Август следовал за мной, целуя мою шею при каждом шаге.

Дьявол шире раздвинул ноги, его губы опухли.

Ремни от кобур обвивали его бедра, запятнанные кровью.

— Я так люблю вас обоих, – внезапно выпалила я, почувствовав острую потребность сказать это вслух.

Август усмехнулся, поцеловал мое плечо, затем слегка укусил его и лизнул оставленный след.

— Мы знаем, carissima… – Глаза Харона ярко светились в темноте. – Потому что мы чувствуем то же самое.

Я остановилась перед ним, и Август замер за моей спиной – его пальцы скользнули по моей груди, задержались на шраме – он обхватил мои груди, приподнимая их мозолистыми пальцами, чтобы они оказались на уровне лица Харона.

— Наклонись вперед, – приказал Харон хриплым голосом.

Август вклинился ногой мне между бедер и широко раздвинул их в стороны, потом прижался животом к спине, пуговицами впиваясь мне в позвоночник. Он всем весом толкнул меня вперед, к Харону.

Я ухватилась за подлокотники стула, чтобы удержать равновесие.

Харон ухмыльнулся, моя грудь оказалась на одном уровне с его лицом.

Он открыл рот и высунул блестящий язык.

Август сильнее сжал мои груди, поводя набухшими сосками по неподвижному языку Харона, и надавил бедром сильнее, уперевшись рукоятками кинжалов мне между ног.

Я охнула от удовольствия.

«Милая, я даже через штаны чувствую, как течет твоя киска, – прошептал Август в моей голове. – Хорошая девочка».

Упертые в подлокотники руки дрожали от напряжения.

Обхватив мой сосок губами, Харон принялся сосать. Я застонала.

Выпустив его с громким влажным чпоком, Харон приказал:

— Сядь мне на колени, carissima.

Август поднял меня и усадил к Харону, словно принес в жертву. Шелковистый венчик прижался к моему пылающему входу, и мы оба задохнулись от наслаждения.

Август отошел назад, ко второму стулу, скрипнуло дерево.

Харон обхватил мое лицо своими длинными пальцами, притянул меня к себе и поцеловал, а я обхватила ладонями его широкие плечи, под теплой кожей перекатывались напряженные мышцы.

Харон отпустил меня и просунул руку между нашими обнаженными телами.

Он обхватил свой член – сухожилия на его бледном локте напряглись – и направил его прямо к моему входу.