Шепот в тишине. Мистические истории - Ирина Родионова,Дарья Бобылева,Татьяна Мастрюкова,Саша Степанова,Марика Макей,Надя Сова Страница 22

А потом, ночью, когда они лежали рядышком в кровати и Артем гладил ее по голой спине, Вера увидела, как за окном быстро всходит большая золотистая луна. Не успев удивиться красоте и скорости зрелища, она вдруг заметила, что за луной тянется железная палка, услышала знакомый скрежет по стене и поняла, что это позолоченный круг на шесте, блестящий, совсем, наверное, новый. Снаружи скреблось и шуршало, пара пухлых пальцев – на одном большой перстень, такие любила Верина бабушка, – легла на карниз.

— Ты видишь? – отрешенным, ничего не выражающим тоном спросила Вера.

— Что?

— Там, за окном. Круг на шесте, золотой. А вон рука. И лицо, смотри, лицо показалось, тоже круглое, и очки… такие… как у учительницы…

— Вера, это луна. – Артем повернул ее к себе. – Сегодня суперлуние, везде же писали.

— Луна… – Вера снова попыталась взглянуть в окно, но Артем набросил ей на голову одеяло, а сам встал и быстро задернул шторы.

— Это луна, – уговаривал он. – Спи. Потом еще раз к доктору сходишь. А пока давай спать, пожалуйста. Мне завтра вставать рано.

Вера уткнулась лицом в подушку и замолчала, а через минуту услышала тихий размеренный храп.

На следующий день Вера встала совсем рано, вместе с Артемом. Тот чмокнул ее в губы и ушел, а Вера достала из холодильника все запасы мяса и принялась готовить холодец. Она с остервенением рубила кости, чтобы голяшки влезли в кастрюлю, вычищала ножом пленки, процеживала бульон. От густого мясного духа, наполнившего квартиру, кружилась голова, воздух, казалось, стал вязким и жирным, капельки пота на сосредоточенном Верином лице были маслянистыми на ощупь. Надо выпить еще таблетку. Лавровый лист, перец, морковь, горошек. Артем говорил, его мама всегда клала в холодец зеленый горошек. Тапки хлюпали по лужам на линолеуме, ошметки мяса прилипли к кухонному гарнитуру, один, с острым кусочком желтоватой кости, улетел на потолок, и Вера счистила его черенком швабры. Пожалуй, бокал вина не повредит. И второй тем более. Горячие волокна свинины и говядины обжигали пальцы, но Вера разбирала их старательно и торопливо, не дожидаясь, пока они хоть немного остынут, и не обращая внимания на боль.

Наконец Вера разлила густое варево по эмалированным емкостям. Двух имеющихся не хватило, но в кладовке неожиданно нашелся блестящий, чистенький больничный лоток в форме почки. Посмеявшись, Вера хорошенько промыла его, залила туда оставшуюся часть холодца и вынесла все на балкон. По балкону она шествовала медленно, глядя прямо перед собой, точнее – на холодец. В холодце точно ничего такого не примерещится.

Когда Артем вернулся домой, Вера сидела за столом в старательно вымытой кухне и открывала вторую бутылку вина. В холодильнике стояло еще несколько – после первой идти в магазин напротив было уже не так страшно. Вера молча достала еще один бокал и щелчком отправила его на противоположный конец кухонного столика – не упал он только каким-то чудом. Артем повел носом – все вокруг было пропитано ароматом крепкого бульона и приправ.

— Я приготовила холодец, – сказала Вера. – Наверное, уже почти застыл.

— Не люблю холодец, – пожал плечами Артем и тоже налил себе вина.

— Почему? Ты же говорил, мама всегда его по праздникам готовила. С г-горошком…

— Готовила. Но я же не говорил, что он мне нравится. Так, съедал кусочек, чтоб маму не обижать.