Корона ночи и крови - Мира Салье Страница 3

Несмотря на клеймо проклятой, ее вроде как считали красивой. По крайней мере, об этом шушукались по углам и служанки, и охрана. Делла не могла забыть похотливые взгляды мужчин, устремленные на ее тело.

«Природа одарила тебя милейшим лицом и стройной фигурой с завидными округлостями. Только взгляни на эти пухленькие губы и выразительные скулы», – говорила няня, похлопывая ее по щеке.

Впрочем, что толку от этой красоты?

Делла поморщилась, вспомнив касания Дарнила, то, как его крепкие руки задирали юбку, а язык блуждал по ее плотно сомкнутым губам, требуя раскрыть их. В его движениях никогда не ощущалось нежности и ласки – они всегда были резкими и грубыми. В памяти Деллы всплыли моменты, когда ему все же удавалось одержать верх и он проталкивал язык ей в рот. Вероятно, стража ошибочно принимала издаваемые ею звуки за стоны наслаждения, а Дарнил каждый раз будто нарочно оставлял дверь приоткрытой на потеху, а может, просто показывал, что она принадлежит только ему. Своим властным сверкающим видом он словно предупреждал: если подобное решит повторить кто-то, кроме него, от глупца останется жалкая горстка пепла.

— Ваше Высочество, дорога была долгой. Покончим уже с этим, – промурлыкала главная фаворитка принца, окинув Деллу презрительным взглядом, и беззвучно, чтобы услышала только она, добавила: – Сука-полукровка.

Мелина с ее кокетливо вздернутым носом и огромными глазами, которые делали ее похожей на ребенка, казалась довольно милой и невинной. Блестящие светлые локоны аккуратно лежали на плечах и спине – даже дальняя дорога не испортила прическу. Как не испортила и безупречного вида белое, отороченное золотыми нитями платье, которое обнажало кожу на загорелом животе и спине. При довольно невысоком росте ее хрупкое на вид тело было не лишено женственных, выдающихся форм. Однако за миловидной внешностью таилась капризная и эгоистичная особа, которая ревновала Дарнила даже к его собственной тени.

Делла не удостоила фаворитку принца ответным взглядом и отдернула руку, высвобождаясь из его крепкой хватки. Чувственные губы Мелины изогнулись в злорадной ухмылке, обнажая идеально ровные белоснежные зубы.

Вслед за воинами они поднялись по золотистым ступеням и остановились у двойных дверей. На огромных створах, как и на многих других элементах Великого Храма, было изображено массивное рельефное солнце. Один из стражей пнул маленький камушек, и тот с тихим стуком ударился несколько раз о ступени, вторя частому биению сердца Деллы. Толстые петли на двери жалобно застонали, когда мужчина потянул за ручку, поделив солнце пополам.

Их небольшой отряд оказался в стенах храма. Несколько минут они шли по длинному узкому коридору, где горели редкие факелы. Там царил полумрак, а звуки шагов тонули в тишине. Кроме них, не слышалось ничего, разве что удары собственного пульса. Отряд свернул в другой коридор, сразу же оказавшись перед аркой, ведущей в большой зал.

Делла с трудом сглотнула ком в горле, пытаясь совладать с растущим чувством страха.

Сквозь стеклянный купол над головой струился солнечный свет, озаряя ритуальный круг в центре. По бокам возвышались от пола до потолка золотые статуи ангелов – Творцов. В клятом ритуальном круге уже стояли трое служителей храма, облаченных в золотистые одеяния. Их лица скрывали глубокие капюшоны, но из-под широких рукавов ряс виднелись кисти рук, покрытые блестящей золотистой краской, а на тыльной стороне ладоней выделялся символ солнца. Остальные обитатели храма рассредоточились вдоль стен зала.