Царь Скорбь - Джо Хилл Страница 36

Глаза Джейн остекленели, затуманились. Почувствовав, что она твердо стоит на ногах, Ронни отпустил ее.

Всерьез испугавшийся, Ван поднял руки, развернул ладони наружу, на щеках его проступили пятна.

— Эй, чувак, ты в уме? С оружием шутки плохи.

Джейн сделала шаг к нему:

— Храбрый, значит? Женщин толкать? Яйца железные, да?

Запустив руку Вану под юбку, она сжала его мошонку изо всех сил. Ван судорожно свел согнутые колени, склонился вперед, тоненько заскулил.

— Ан нет, не железные. Мягкие, как мармеладинки!

Стоило Джейн разжать руку, Ван опрокинулся на крыльцо, да так, что оконные стекла вздрогнули, задребезжали.

— Фреда проверь, Джейн! По-моему, у него сиськи! – воскликнул Ронни.

Выползшая из кучи-малы Элли оказалась на четвереньках прямо у ног Ронни и одарила его обаятельнейшей из улыбок.

— Послушай, – заговорила она, – будь так добр, направь эту штуку еще куда-нибудь, o’кей?

Ронни сунул пистолет за пояс джинсов, пристроив его поудобнее у поясницы. Тана до этой самой минуты не проронила ни слова и даже не шевельнулась, однако сейчас сдвинула с лица маску и, покопавшись в грошовой сумочке розового пластика, протянула Гвен пачку бумажных носовых платков.

— Утри ему нос, – пояснила она, кивнув в сторону Артура.

Артур, в изумлении оглянувшись, перевел взгляд с ее выпирающего живота на симпатичное, веснушчатое, курносое личико.

— Спасибо, Тана, – откликнулась Гвен. – Перелома, по-моему, нет. Колин, Донне как дышится?

— Более-менее. А ты с ней, значит, знакома? – полюбопытствовал Колин, растирая спину перхающей Донны и кивком указав на Тану.

— Вместе работали в «Данкин донатс»[40] пару лет назад, – объяснила Гвен.

— Там, в «Данкин донатс», Тана такую корму сдобную и наела, – добавила Джейн, хлопнув сестру ладонью под зад.

Если Тану это хоть сколько-нибудь и задело, на лице ее не отразилось ни злости, ни раздражения – нет, она попросту смерила Артура спокойным, задумчивым взглядом. Чтобы взглянуть ей в лицо, пришлось скосить глаза вниз, вдоль линии носа: подбородок-то кверху задран, Гвен затыкает ноздри салфетками…

— Артур, – заговорила Тана. – Я все знаю. Уже довольно давно: дело-то очевидное. Вижу: ты стараешься не украсть из библиотеки ничего слишком ценного. Не натворить чего-то вправду ужасного. Но, ты уж поверь мне, лучше дойти до конца. Просто закрыть глаза, сделать, что от тебя требуют, и оставить все в прошлом. Не думай лишнего. Попривыкнешь маленько, и – будто бы не было ничего.

— Эй, детка, – перебил ее Ронни, взглянув на Элли. – Не в службу, а в дружбу: собери-ка нам «Сахарные орешки» в мешок? Вкусные, зар-раза! С собой заберем.

Элли принялась ползать на четвереньках, собирая «Сахарные орешки». Ронни с улыбкой окинул взглядом ее зад.

Донна вскинула голову. Щеки ее набрякли, вспухли, черные ресницы слиплись от слез. Колин приобнял ее за плечи, чтоб поддержать, успокоить, а может, и удержать на месте – этого Артур понять не сумел.

— Прекрати подбирать эту дрянь! – с болезненной хрипотцой в голосе завизжала Донна. – Прекрати перед ними ползать!

Но Элли не обратила на ее крики никакого внимания. Закончила собирать «Сахарные орешки» и, не поднимаясь с колен, протянула пакет Ронни, причем лицо ее оказалось вровень с мотней его джинсов.

Ронни, взяв Элли за подбородок, запрокинул назад ее голову, а свободной рукой забрал пакет с «Сахарными орешками».