Черная Панна - Екатерина Стрингель Страница 37

— Даже если и есть, травить вас не в моих интересах. – Арсений достал из внутреннего кармана фляжку и влил содержимое в синий кубок. – Так лучше. К тому же я не знаю предков по отцовской линии дальше деда. Во времена Великой Отечественной войны его контузило и частично отшибло память, а все документы утеряны.

— Сочувствую… – Настя виновато опустила глаза.

— Все в порядке. – Он отпил из кубка и улыбнулся. – Перед вами на тарелке лежит излюбленное блюдо Франтишки Уршули Вишневецкой-Радзивилл, говяжьи щечки с вишнями. Я попросил дополнить блюдо гарниром: пюре из батата. Вместе они прекрасно сочетаются.

Заметив Настино замешательство, он сказал шепотом:

— Крайние. Приборы всегда выкладываются по мере подачи блюд, и начинать надо всегда с крайних.

Она благодарно кивнула и взяла нож и вилку.

— За вас! – Арсений протянул кубок вперед, чокнулся с воздухом и залпом осушил.

Нежная говядина мягко разваливалась во рту, густая пряная подлива смешивалась с кислыми нотками вишни и дополнялась сладковатой кремовой текстурой батата. Это оказалось безумно вкусно, Настя могла бы с легкостью сказать, что это самое невероятное блюдо, которое она когда-либо ела. Арсений отложил приборы и довольно наблюдал за тем, как она уплетает говядину. С каждым новым куском мяса с вишней вкус раскрывался еще ярче, переливаясь всеми оттенками сладости, кислоты и остроты. Особого шарма ужину добавлял полумрак, окутавший обеденный зал, и свет от множества настоящих свечей вместо электрических имитаций.

Когда восхитительно вкусный ужин исчез с тарелок, Настя и Арсений переместились за небольшой фигурный столик для чаепития возле картины с коронацией. Людмила вынесла из креденса дымящийся самовар, заварочный чайник и аппетитный десерт – грушу в меду и орехах, запеченную в печи.

Администратор разлила чай по винтажным чашкам и скрылась. Арсений объяснил, что в креденсе есть специальный лифт, по которому блюда поднимают с первого этажа, где находится кухня. Настя отрезала кусочек груши, отправила в рот и чуть не застонала от удовольствия. Нежная мякоть насквозь пропиталась медом, корицей и ароматом грецкого ореха.

Когда десерт испарился с тарелок, а чай наполовину выпили, Настя пристально посмотрела на Арсения, расслабившегося и развалившегося на стуле. Ее мучил вопрос, который она не решилась задать прошлой ночью, когда они беседовали по душам.

— Вы ведь не с рождения видите призраков? – Настя аккуратно попробовала подвести к теме, Арсений кивнул. – Я, например, начала видеть духов после того, как случайно выжила в автомобильной аварии. Мы ехали с родителями на дачу, грузовик выехал на встречную полосу, наша машина потеряла управление и врезалась в столб. Мама и папа не выжили, и я не должна была, но мама пристегнула меня перед самым столкновением, почувствовав опасность.

Лицо Арсения помрачнело, исказилось грустью, он коснулся Настиной бледной руки, лежащей возле блюда с чашкой. Настя вздрогнула и спрятала ладонь под стол.

— Мне очень жаль, что вам пришлось пережить это. – Он смотрел в глаза и словно действительно переживал. – Если я могу как-то вам помочь или поддержать, говорите обязательно.

— Все в порядке, прошло шесть лет с той жуткой аварии, – спокойно ответила Настя, про себя подумав, что совсем не все в порядке: отец все еще обитает в гараже, и непонятно, как его оттуда вызволить. – А расскажите, как вы стали видеть призраков?