Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль Страница 49

— Ты о нападавших?

— О… не совсем. Джером Миликан был большим дядькой с деньгами у нас в приюте. Ну, из этих, которые привозят игрушки или одежду.

— Боже мой, Ронни… значит, ты приютский? – Патти приложила ладонь к груди.

— На это сейчас нет времени. – Роберт втиснул еще один стул рядом с собой. – Выкладывай все, что помнишь об этой семье.

Ронни неловко повел плечами и неуклюже присел на край стула.

— Ну, они снабжали приют какими-то вещами. Мылом там всяким. Иногда на праздники привозили мясо или сахар. Потом перестали.

— Тебе известно почему?

— Ходили некоторые слухи. Я не очень помню, мне было-то…

— Сколько? – Патти коварно улыбнулась. Ронни накуксился.

— Это, короче, давно было. Лет пять уж прошло, а то и семь.

Роберт кивнул. Ронни гипнотизировал бейгл. Что ж, это какая-никакая ниточка…

— Кажется, – вновь подал голос Ронни, не сводя взгляда с бейгла, – их папка пустил себе пулю в лоб.

Патти вытаращилась на него. Он посмотрел на нее и развел руками. Ну а он-то чем виноват?

— Значит, его дети должны были попасть в приют?

— Если и попали, то не в мой. Да и они, выходит, постарше все-таки. Может, и остались жить с долгами.

— Почему с долгами?

Ронни вжался в стул. Патти ощущала, как его мозг лениво шевелится в черепной коробке.

— Потому что они разорились. Вроде.

— Ну если они перестали помогать приютам, вероятно, это так, – задумчиво произнес Феодор.

— Может быть, его предал партнер? В наше время это случается сплошь и рядом. Адвокаты прописывают огромные неустойки на такой случай. – Патти подвинула тарелку к Ронни.

— Да, но если это было семь лет назад, такой моды еще не было заведено. Тогда и договора́-то, мягко говоря, не везде применялись. Если я правильно помню. – Феодор застенчиво улыбнулся.

— Постойте, Миликаны… – Роберт повернул голову к окну. В его сознании вертелось что-то, что никак не хотело попадаться на язык, и он, напрягшись, силился вывести эту мысль на свет. Когда его осенило, он побледнел.

— Думаю, у меня есть идеи, почему они хотели напасть на меня. Это было не семь лет назад. Четыре или около того. Джером Миликан – изобретатель протезного крепления и… не могу вспомнить чего еще, если честно.

— Ты имеешь в виду… – Патти поняла, куда ведет Роберт.

— Да. Семья близко сотрудничала с Федеральным бюро расследований и правительством в целом. Их разработки использовались в первых опытных образцах встроенного оружия. Это могло стать прорывом.

— Но не стало?

— Боюсь, причина этому «не стало» – мой отец.

Патти мученически изогнула брови. Едва ли теперь Роберт будет отрицать, что целью нападения был он. Боже, совершенно непричастный к делу человек ранен, Ивонн едва живая, а подельник, который, вероятно, был ее братом… и думать страшно! И все из-за одного изобретения?

— Наш опытный образец был дешевле в производстве. Госзаказ официально отменили. Джером остался, должно быть, с огромным долгом и без права продажи произведенных протезов.

— Роберт, это ужасно!

— Но таков мир бизнеса. После магического катаклизма протезам понадобилось и магическое оснащение, и оно отлично встало на изобретения Вельтов. – Он снял перчатку с левой, протезированной руки, будто в подтверждение своих слов. – Государство сделало верный выбор.

— Утопив в долгах целую семью.