Ночные гости - Альбина Нурисламова Страница 50

— Мерзавец утопил меня. Держал мою голову под водой, пока я не умерла, – произнесла мать. – Была ночь, никто ничего не видел. Он убил меня, вернулся домой, заявил о пропаже и стал ждать известий.

— Зачем? Зачем он это сделал? Почему ты пошла с ним ночью на пляж?!

— Я хотела уйти от него. Развестись, забрать тебя и уйти. Ему ничего не говорила, боялась, готовила наш отъезд тайно. Но Иван как-то узнал, возможно, рылся в моих вещах. В тот вечер я пришла с работы, а он вдруг стал вести себя так, будто ему жаль, он раскаивается, сожалеет о том, во что превратил нашу жизнь. Говорил, что был неправ, осознал, теперь все будет иначе, умолял простить, просил поверить, что мы сможем начать заново. И я поверила. Иван накрыл на стол – романтический ужин! Мы ели, пили, разговаривали, как раньше, а потом он – будто бы спонтанно – предложил прогуляться по берегу. Было почти одиннадцать, я помню, как голова моя кружилась от выпитого шампанского, как счастлива я была, думая, что жизнь наладится. Все случилось быстро. Иван ударил меня, оглушил, подтащил к воде. Я не могла сопротивляться. Этот человек убил меня, но и после смерти не давал покоя. Говорил, что уж теперь-то я точно никуда не денусь.

Сердце Тараса разрывалось от любви к матери, жалости, тоски, от ненависти к человеку, который отобрал у него маму, исковеркал его жизнь. Ему хотелось так много рассказать ей, поговорить! Но даже сейчас он не мог приблизиться к матери, обнять: она пояснила, что только некромант, тот, кто вернул ее с того света, может это сделать.

— Скоро рассветет, я уйду – и вернусь завтра снова. Ивана уже нет, но его заклятие все еще действует.

— Я могу помочь? – спросил Тарас. – Могу сделать так, чтобы ты освободилась, мама?

Она ответила, пристально глядя на сына, и лицо ее, прежде такое подвижное, живое, окрашенное эмоциями, выглядело застывшим, словно лицо статуи. Потухшие глаза, белая кожа – мама тоже напоминала куклу, игрушечную фигурку, и это было невыносимо.

На миг пришла мысль: пусть бы продолжала приходить! Они могли бы наверстать упущенное! Но только на миг. Ясно было, что возвращение причиняет матери боль. А она уже достаточно настрадалась.

Летом солнце восходит рано, поэтому вскоре вызванная из мира мертвых женщина пропала. Тарас сделал то, о чем она сказала: нашел фигурку, которую изготовил отец, ту самую, в которой был заключен ее дух или что-то в этом роде. Тарас не понял и не хотел вникать. Главное – фигурка должна быть уничтожена огнем, тогда мама останется в мире мертвых, не будет вынуждена возвращаться ночь за ночью.

Перед Тарасом была диорама, воспроизводившая сцену убийства матери, и, если бы даже Тарас усомнился в правдивости ее слов, теперь он увидел все своими глазами. Руки его дрожали, он задыхался от слез, глядя на родное лицо.

«Я помогу тебе, мама».

«Подумай хорошенько! Ведь это огромная власть – умение управлять мертвыми, – пришла в голову мысль. – Ты мог бы научиться. У отца наверняка сохранились записи, вполне можно узнать, как возвращать умерших с того света».

Мысль была ясная, искушающая, она словно бы пробралась в мозг против воли Тараса.

«Нет уж! Не нужно мне такой власти. Я не хочу превратиться в чудовище, каким был мой отец».

В одиннадцать часов Тарас отправился проститься с ним. Никто, кроме него, не явился. Собственно, никто и не знал о смерти. Родных и друзей у отца не было.