Зловещие маски Корсакова - Игорь Евдокимов Страница 53

Шлем почти полностью заполнила вода. Владимир извернулся так, чтобы успеть вдохнуть последние крупицы воздуха, и, борясь с паникой, продолжил методично облегчать костюм. Ничего другого он сделать сейчас не мог. Оставалось лишь надеяться, что Павел и Федор смогут вытащить его прежде, чем он задохнется.

* * *

На берегу Постольский с камердинером изо всех сил крутили ворот лебедки. Еще минуту назад они ритмично качали воздух, когда вдруг заметили, как стоящий рядом трос резко дернулся и с невероятной скоростью начал разматываться. Павел мгновенно бросился к вороту, но даже с помощью Федора ему не удалось остановить его. Неведомая сила вырвала кольцо из его рук, пока трос не размотался полностью. Еще несколько секунд ушли на бесплодную борьбу с воротом, но вдруг тот подался. Постольский и Федор принялись остервенело вытаскивать Корсакова на поверхность. Ворот шел тяжело – но все-таки шел.

Вскоре на глади воды начали бурлить пузырьки, означавшие, что водолаз уже рядом. Лучи солнца вспыхнули на поверхности медного шлема – и над водой появился Корсаков. Павел бросил лебедку и рванулся к другу, чтобы втащить его на берег. К его удивлению, Владимир оказался не один. В его руку мертвой хваткой вцепился еще один водолаз в чудовищно потрепанном костюме.

Первым делом Постольский развинтил и сорвал с Корсакова шлем.

— Дружище, ты жив? – взволнованно спросил Павел.

— Кажется, да, – прохрипел Корсаков. Как и обещал Беккер, от резкого перепада давления его тело отчаянно ломило, уши наполнял препротивный звон, легкие саднило, а глаза пугающе налились кровью. Но главное – он вовремя выбрался на поверхность. Владимир попытался указать рукой на спутника, поднятого со дна, но сделать это не получилось. Пришлось опять прохрипеть: – Помогите… ему…

Федор уже колдовал над вторым шлемом. Ему удалось отсоединить манишку от резиновой рубахи и снять тяжелую конструкцию. Вперед подался Постольский, и даже Корсаков смог набраться сил и приподняться на локте, чтобы увидеть, кто скрывался под шлемом. Их взглядам предстало лицо мужчины, имеющее крайне болезненный и изможденный вид. Редкие сальные волосы с проседью падали на лицо. Кожа выглядела излишне бледной, чуть ли не прозрачной. Он щурился от яркого солнечного света и судорожно хватал ртом воздух.

— Боже мой! – пораженно выдохнул Федор. – Николай Александрович!

XIV

1881 год, июнь, усадьба Коростылевых, вечер

— Не знаю, как вас благодарить, Владимир Николаевич. – Наталья Коростылева явственно пребывала в состоянии почти маниакального возбуждения. – Я нисколько в вас не сомневалась! Вы совершили невозможное! Вы вернули Николая с того света!

— Простите, сударыня, но я не считаю, что моя работа здесь завершена, – решительно сказал Владимир.

— Что? – удивленно захлопала ресницами Наталья. – А, вы, верно, про деньги! Обратитесь к Федору, он компенсирует ваши расходы и время…

— Я не про деньги, – отрезал Владимир. – Послушайте, неужели вам не кажется странным, что ваш муж возвратился столь внезапно? Неужели вам не интересно, где он был? Что с ним случилось?

— Мне важнее, что он жив и снова со мной. Для вопросов настанет время, но пока оно не прошло. Вы сами видите: Коля слаб и болен. Ему нужен уход и покой.

Тон Коростылевой сделался монотонным и сухим, будто чужим. Они разговаривали в коридоре перед дверью спальни. За высокими окнами день начинал медленно, но неуклонно близиться к ночи.