Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль Страница 58

Впереди, там, где Патти могла увидеть, потихоньку выступали некие очертания. Остров, он уже был так близко, что с трудом удавалось поверить, будто раньше они не видели его.

Пруденс со стоном осела на пол. Алан набросил клетчатый плед на ее плечи. Бруно со скрежетом вогнал острые каблуки обратно в протезы-сапоги и, поднявшись, подал Патти руку. Оттолкнув ее, она бросилась к Бобби.

Роберт подошел к неподвижному Феодору и, опустившись рядом, приобнял его за плечи.

Все стихло.

Путь продолжался.

5. Что громче: голос или выстрел?

Вскоре на земле стали различимы первые фигуры людей. Остров был неровным, обширным, его левая сторона утопала в зелени. Множество огоньков протянутых по пляжу гирлянд горело, хотя время не подошло еще к четырем часам и было светло. Роберт видел, как пристань острова наполняется людьми.

Они причалили через несколько минут. На яхте тут же, как по щелчку пальцев, появились матросы. Бобби лежал на палубе без сознания, к нему уже спешили с носилками. Уинстон, поддерживаемый дочерью, ковылял по палубе: на его волосах, щеке и вороте рубашки виднелись пятна крови. Роберт помог Феодору спуститься с судна и направился прямо к высокому мужчине, целиком одетому в черное, тот, активно жестикулируя, призывал пассажиров к себе. Роберт поежился – на пятки ушедшей буре наступала жара. Мужчина приложил руку к груди и коротко поклонился, заметив подошедшего Роберта.

— Добро пожаловать на Сейнт-Антонио. Мое имя Марвин Флэнагган, но некоторые дорогие гости называют меня Страшилой. Приношу вам свои извинения в связи со сложившейся ситуацией.

— Вы считаете, извинения здесь помогут? – фыркнул Роберт. Краем глаза он заметил, как Патти вместе с Ронни провожают носилки с Бобби.

— Не считаю. Даю вам обещание во всем разобраться в ближайшее же время.

— У вас есть хотя бы идея, почему барьер не сработал?

— О, напротив, он сработал слишком хорошо. Но, пожалуйста, не забивайте себе голову подобными проблемами – для этого есть специальные люди вроде меня. А теперь, раз все собрались, пожалуйста, проходите за мной.

Роберт смотрел на Страшилу с подозрением. Он был, несомненно, вежливым настолько, насколько следовало. Привык решать проблемы и не испытывал при этом ни малейшего дискомфорта. И все же было в нем нечто такое… бессильное, что не могло не вызывать сочувствия. Роберт покачал головой. В последнее время и его собственные дни становились один сложнее другого.

Феодор поравнялся с ним, и, жестом позвав Патти с Ронни, они двинулись следом за процессией.

Они шли по широкому деревянному настилу; порой, когда в очередном повороте он заканчивался, они ступали на камни. Зелень росла с обеих сторон, давая столь желанную тень. Не слышно было ни пения птиц, ни жужжания насекомых – ничего. Все гости молчали, лишь Патти то и дело интересовалась у Ронни, не видел ли он Эймса. В подавленном настроении они добрались до открытой площадки перед богато украшенным зданием в несколько этажей.

Страшила распахнул двери. Гости прошли внутрь один за другим, а Роберт и Патти задержались у входа.

— Похоже на гостиницу, – сказала Патти, и Роберт, закуривая, молча кивнул.

Разбить гнетущую тишину Патти не удалось. Она опустила голову.

— Я видела, что у Бобби обожжены ладони.

— Прости? – Роберт не сразу очнулся. – Повтори, пожалуйста?