Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль Страница 75

Входные двери были открыты. Патти быстро взбежала по ступенькам и тут же направилась к девушке на стойке.

— Доброе утро, мисс! – Она улыбнулась и защебетала: – Я узнала, что наш друг находится у вас. Он пострадал совсем недавно, буквально вчера, на яхте! Знаете его? Его зовут Бобби Дильк.

Сестра за стойкой ответила в том же духе:

— Ой! Конечно! Как здорово, что к нему пришли посетители. Знаете, ему же пока запрещены прогулки, так что он там, бедный, жутко скучает. Я предложила ему журнал, но он сказал, что его не интересует мода.

— Ничего, мы принесли ему газету и пару книг!

— Ой. Не уверена, стоит ли ему читать газету. Знаете, нервничать в таком состоянии противопоказано. А что за книга?

Патти судорожно соображала:

— Про животных! Ничего страшного. А газета… значит, оставим себе. Так, где он лежит, говорите?

— О! – спохватилась сестра и принялась листать журнал. – Второй этаж, правое крыло. Двадцать шестая комната. Пожалуйста, воздержитесь от праздных прогулок по госпиталю, хорошо? Ни к чему тревожить пациентов.

— Мы бы никогда. Спасибо вам! – Патти решительно шагнула вперед, оставляя озадаченного Роберта за спиной.

Прямо перед собой она увидела широкие распахнутые двери, дальше пространство госпиталя множилось на коридоры, уходящие в разные стороны. У дверей сидел мужчина средних лет и курил сигару, не отрываясь от газеты. Патти прикинула – вроде та же, что они несли для Бобби. На первой полосе растянулась фотография изуродованного краской маяка. Кажется, сестра была права. Патти сунула газету Роберту.

Никто не побеспокоил их на пути в нужную палату. Они не встретили ни единого человека. Роберт осторожно постучал по двери и открыл ее, услышав бодрое «войдите».

Бобби лежал на постели, окна в комнате были распахнуты настежь. Справа располагалась небольшая тумба. На ней лежала пара вещей, журнал о моде с закладкой посередине, и еще – была брошена куртка. Бобби, укрытый белой простыней по пояс, улыбнулся.

— Доброе утро! Вау. Не ждал вас тут.

— Мы просто хотели тебя проведать, – улыбнулась Патти, сдвигая вещи в сторону. Она водрузила книжки и поставила сверху блюдце с ложечкой, но не стала открывать крышку. Бобби улыбнулся шире.

— Честно говоря, – начал Роберт, – у меня есть к тебе пара вопросов.

— Понимаю, – ответил Бобби, хотя Патти бросила на них возмущенный взгляд. – У таких, как мы, всегда есть вопросы. Спрашивайте.

Роберт присел на постель.

— Патти говорила, что твои руки…

— Да, – только и сказал он. Он повернул их ладонями наружу, демонстрируя красные язвы. Кое-где плоть разошлась и теперь выглядела натянутой и сухой.

Роберт с сожалением вздохнул:

— Мне жаль.

— Да, мне тоже. Я сорок минут пытался переворачивать страницы носом. – Бобби засмеялся. – Спасибо.

— Как это ощущалось? Я имею в виду, когда ты работал над барьером.

— Сложно сказать. Там был, понимаете, как бы второй купол. Или, может, этот, основной, так утолщился. Когда я попробовал развести его руками, как мне объясняли, он оказался слишком плотным. И к тому же обжег меня.

— Так сильно… – сказала Патти.

— О нет. Сначала не очень сильно.

— Но ты пытался и пытался, – настаивал Роберт. Они помолчали. – Если бы я мог, я пожал бы тебе руку, мой друг.

— Благодарю. Вы хотите спросить о чем-то еще?