Королева склепа - Кристофер Триана Страница 81

— Сволочь.

— …а потом бросаешь, будто я ничего не значу…

Она подошла так близко, что их лица оказались в сантиметре друг от друга.

— Заткнись, придурок!

Гнев хлынул в голову Холли, как внезапный ураган. Сойер имел наглость обвинять ее после всего, что она пережила из-за него?! Груз вины и желания, чувство неполноценности и испорченности, мучение от осознания того, что он никогда не оставит жену и не полюбит ее так, как Тришу… В глубине души Холли знала, что ее гнев неумерен, но не могла его контролировать – так же, как и страсть. Судя по красному лицу Сойера, он чувствовал то же самое.

— Все должно быть по-твоему, – бросил Сойер. – Ты никогда не уступаешь, никогда не извиняешься.

— Я тебе ничего не должна.

— Хочешь знать почему? Почему ты одна? – усмехнулся он.

— Не сме… – У Холли скрутило живот от боли.

— Потому что ты жалкая, несносная сука, которую невозможно любить. И ты сдохнешь в одиночестве.

На глаза навернулись слезы, и Холли двинула Сойеру кулаком в челюсть. Не ладонью, а кулаком, с полной отдачей. Сойер отшатнулся – больше удивленный, нежели пострадавший, – так что Холли ударила снова, на этот раз по уху: лицо мужчина вовремя отвернул. На третий раз он схватил ее за запястье и со всей силы прижал к стене. Шея Холли откинулась назад, она врезалась головой в камень. Перед глазами заплясали искры, но вместе с болью пришло и осознание.

Эти вражда и недоверие были частью игры. Мэдлин испытывала чувства участниц. Холли думала, что призрак не ввел их с Сойером в игру, но… На этот раз никаких вопросов, только действия. Склеп усиливал смешанные чувства бывших возлюбленных. Холли вернулась как победительница, но каждый шаг здесь по-прежнему был извращенной игрой.

— Хватит, – промолвила она, пытаясь достучаться до него.

Но ярость Сойера была подобна динамиту. Он снова толкнул ее. У Холли перехватило дыхание, она врезалась спиной в стену.

— Чертова сука, – прорычал он. – Всю ночь из-за тебя тут шляюсь. Для тебя это игра, да? Я для тебя всего лишь игрушка. Но сейчас ты зашла слишком далеко. Моя дочь где-то блуждает, а ты ведешь меня по ложному следу.

— Послушай себя. – Холли выставила руки в защитном жесте. – После всего, что видел здесь, как ты можешь такое думать?

— Ты не имеешь права указывать мне, что думать. – Сойер ткнул ей пальцем в грудь. – Все это время ты говорила мне, что чувствовать – к тебе, к нашему союзу. Не смей говорить, что думать. Не в момент, когда речь о моей малышке.

— Я свою малышку тоже потеряла.

Он схватил Холли за воротник, и она всхлипнула. Сойер никогда не поднимал на нее руку – но сейчас она его боялась. Что-то древнее, звериное, на уровне рептильного мозга, вылезло наружу.

— К черту твою дочурку, – сказал Сойер. – Думаешь, мы с Тришей не видим, как изменилась Белла? Этот весь готический бред. Мы не хотим, чтобы Роза и дальше с ней дружила: Белла утянет ее на дно. Твоя дочурка – ходячая катастрофа. И полная неудачница, как и ты. Сложно винить ее при таких родителях, как ты и Джастин, но к черту. К черту вас обоих.

Гнев вновь разгорелся в Холли, заполнил все ее нутро.

— Убери от меня руки, ублюдок, – сказала она и, закипая от ярости, оттолкнула Сойера. – Еще раз скажешь так про мою дочь, убью на хрен.

Он усмехнулся:

— Ага, я прям трясусь от страха.