Узы Геркулеса - Жасмин Мас Страница 85

На его бледной шее отчетливо виднелись синяки от моих пальцев.

— Последний шанс, – спокойно сказал я, разминая пальцы. – Что ты слышал о последних мутациях Титанов? Что Олимпийцам известно?

Доктор покачал головой:

— Я же сказал. Ничего. Никто не знает, почему они…

Я обратился к дару.

Его голова дернулась назад, глаза выпучились, конечности обмякли, и он упал без сознания.

Харон вздернул бровь.

Я улыбнулся.

Впервые за несколько недель моя головная боль утихла и меня охватило чувство покоя.

— Да пофиг. – Харон перешагнул через Олимпийца. – Пойдем.

Он протянул свою татуированную руку. Я пожал ее.

— Domus.

Мои глаза не сразу привыкли к другому, более яркому свету.

Солнце низко повисло над горизонтом, окрашивая небо яркими розовыми полосами. Над головой порхали птицы, стрекотали насекомые. В свежем прохладном воздухе витал запах влажной земли.

Местоположение: трейлерный парк в жопе мира под названием Монтана.

Я с нетерпением размял шею. Окружающая местность напомнила мне, что Алексис скрывала от нас, что не слышала на одно ухо. Кто-то обязательно заплатит.

Головная боль вернулась и стала сильнее, чем раньше.

Пришло время добиться ответов, и идеальным местом был трейлерный парк, где выросла Алексис.

Я вытер влагу с лица, мои пальцы окрасились алой кровью.

Все это время Алексис не слышала на одно ухо. Во время сраного Горнила мы кричали на нее, а она…

Мне нужно подумать о чем-то другом.

Мне было трудно дышать, успокоиться, подавить безумие, но я постарался сосредоточиться на нашей миссии.

Золотистые волосы развевались на ветру. Она подняла пистолет и нож, решительно глядя на Титанов.

Алексис вовсе не была слабой. Ей не нужна была моя жалость.

Харон схватил пистолет. Щелк. Он вставил магазин и снял пистолет с предохранителя.

— Что ты делаешь? – раздраженно спросил я.

Не обращая на меня внимания и подняв пистолет в воздух, Харон пошел по гравийной дороге к ряду полуразрушенных трейлеров. Черный плащ развевался за его спиной.

Я пошел за ним.

Вздохнув, я протянул руку, чтобы предложить…

Поко с тобой больше нет.

Сердце защемило.

Харон кулаком постучал в дверь трейлера, с насмешкой глядя на написанное от руки предупреждение: «Частная собственность, сборщикам органов вход запрещен».

— Открывайте, – крикнул Харон. – Или я выбью дверь.

Бок трейлера, сваренный из металлических листов всех видов и размеров, загромыхал так, будто вот-вот рассыплется на части.

Дверь распахнулась.

Полный мужчина средних лет замахнулся ломом.

— Я тебя прибью на фиг, ты, чертов…

Харон улыбнулся, обнажив зубы.

— С-С-Спартанцы? – в ужасе прошептал мужчина, роняя ломик и отступая назад.

Так как дверь оказалась для нас слишком низкой, приходилось нагибаться, чтобы его видеть.

Люди всегда были такими жалкими?

Я достал фотографии Алексис и Чарли, которые тайно сделал за ужином на прошлой неделе.

— Что ты знаешь об этой девушке с парнем?

Мужчина побледнел и покачал головой, взгляд метался по сторонам.

— Я не-не знаю их.

— Врешь. – Харон приставил пистолет к его голове.

Мужчина заскулил, открывая и закрывая рот.

Появилась женщина.

Седая, в одежде, испещренной дырками, она прочистила горло и указала на фотографию, которую я держал в воздухе. По ее руке расползались свежие синяки.

— Алексис и Чарли, – прошептала она. – Эти сорванцы жили в лесу… Хорошие дети. Все в городе о них знали, особенно об Алексис… Она была вундеркиндом. Мы слышали, что она Спартанка. – В ее голосе звучало восхищение. – Это правда?