Золотая фишка на черное - Анни Юдзуль Страница 88

Строения оказались плотными и коренастыми; камень, из которого их сложили, был промазан красной и белой глиной. Площадь, где они остановились, полукругом занимали нежилые здания: узкий дом с большим колоколом и балконом для выступлений, некое подобие антиланской церкви, широкий, с обширными грязными окнами, салун. Дальше по параллельным улицам уходили жилые дома или нечто, напоминавшее их. Они были похожи, но в то же время отличались, будто их стащили с разных концов Этельеры.

Этель-Церры – поправил себя Роберт.

У крылечек стояли столы. Внутри виднелись ткацкие станки, деревянная мебель и посуда из глины. Выставленные на стеллажах статуэтки и украшения были выполнены из розового минерала. Было много красок, цвета перебивали друг друга в немыслимых орнаментах. Патти потрогала гобелен, служивший, по-видимому, каким-то обозначением хозяев дома.

— Они настоящие! – восхищенно проговорила она.

— Тебя это завораживает?

— Наверное… довольно сильно, если честно. – Она улыбнулась.

— Что ж… Тогда посмотри еще немного. Я пойду дальше.

За рядом домиков возвышалась сплошная каменная стена в несколько этажей. Песок осыпа́лся, змейкой скользя по скалистым выступам. С самого края висели, цепляясь корнями, ели. Они будто не влезали в плотный строй деревьев наверху. Роберт примерился: его магии, должно быть, хватит для того, чтобы подняться и узнать, что дальше.

Потому что дальше была земля. И ее не потрудились изобразить на карте в брошюре для гостей.

Роберт попытался сосредоточиться. Магия в его теле текла – ее было много, но что-то было не совсем обычно. Будто ты, привыкший к ручейку, не знаешь, что делать с гидрантом. Он прикрыл глаза, ноздри втянули острый запах сушеной травы. Его ноги оторвались от земли: сначала пятки, затем пальцы, и он взмыл в воздух.

Хаотичное движение энергии внутри него будто приобрело выпуклую форму с одной стороны. Сгусток. Как аневризма. Роберт попытался вернуть течение к его естественному ходу, но это не сработало. Его круто пошатнуло. Он развел руки в стороны, ища равновесия, но, кажется, и это не помогло. Поднявшись до уровня второго этажа, Роберт рухнул назад, чудом угодив в один из набросанных тут и там тюков соломы. Патти осторожно приблизилась к нему.

— Знаю, сейчас не самое лучшее время… – начала она, и Роберт раздраженно поджал губы. О да, время было неудачное! Он фыркнул и, поднявшись на ноги, принялся отряхивать костюм. – Но, кажется, мы здесь не одни.

Роберт повернулся к Патти со своим фирменным взглядом скептика. Он как бы говорил: «Какому идиоту, кроме нас, придет в голову идея заехать в эту глушь?» Кто в здравом уме получал удовольствие от созерцания чего-то настолько тихого и устаревшего? Если он не Патти Кимри, конечно. Она неловко переминалась с ноги на ногу. Ее взгляд скользил где-то за домиками. Мысли были там же.

— И кого же ты…

— Добрый день. – Из-за стены ближайшего дома выступил высокий сухой мужчина. Он был едва ли старше самого Роберта, пепельные волосы были убраны в хвост. Одежда напоминала костюмы исследователей жизни аллигаторов с восточного побережья Церры. – Или, быть может, я должен сказать «добрый вечер»?

Время близилось к началу шестого. Темнело здесь даже раньше, чем в Лэнсборо, где закат можно было застать и в шесть вечера. Оттого подкрадывающиеся сумерки погружали историческую зону в легкую жуть.