Узы Геркулеса - Жасмин Мас Страница 89

— Веди себя непринужденно, – сказал он уголком рта.

Я оперся рукой о стену и слегка наклонился к нему, делая вид, что мы разговариваем.

Алексис, Елена, Дрекс и Чарли остановились, как только повернули за угол. Маленькая лошадь (Пушистик-младший?) и две адские гончие остановились рядом с ними.

Все уставились на нас.

Елена замерла с протянутой к Алексис черной коробкой. Это был наш подарок, который мы оставили под дверью ее комнаты. Я потратил несколько месяцев на его разработку и занялся его изготовлением на следующий день после нашей свадьбы, едва узнал, что Алексис телепортировалась прочь.

Неловкое молчание затянулось, пока группа осторожно продвигалась по коридору в нашу сторону.

Не на что тут смотреть. Просто двое мужчин стоят у входа в подземелье.

У Алексис под глазами были фиолетовые круги.

Она вообще спит по ночам?

Меня подмывало броситься ей в ноги и умолять поговорить со мной.

Она скрестила руки на животе и специально отвернулась, как только подошла ближе.

Мне словно дали пощечину.

— Итак, э-э, – импровизировал Харон. – Август, как ты… спал?

— Что?

— Как ты спал? – повторил Харон.

Я не мог поверить своим ушам.

Он же знает, что мы всю ночь убивали и пытали людей ради нашей жены.

Харон прищурился и слегка наклонил голову в сторону Алексис.

— Прекрасно, – бесцветным голосом ответил я, осознав его задумку. – Я так хорошо выспался.

Харон потянулся, подняв руки в воздух.

— Я тоже. Думаю, я проспал целых десять часов прошлой ночью.

Идеально.

Подойдя ближе, Елена хмыкнула, в открытую разглядывая шрам, оставшийся на месте уха Харона. Гребаные «Соколиные хроники» продолжали строчить статью за статьей о его поступке.

Заголовки гласили, что это «самое романтичное самопожертвование века».

Им следовало бы поискать причины мутации чертовых Титанов, а не романтизировать страдания моей жены.

Сердце больно заухало в груди. Я повернулся к Алексис, открыл было рот, чтобы попросить ее…

И с щелчком его захлопнул.

Поко сидел на спине Пушистика-младшего, держась за его уши, словно за вожжи, и его шерсть торчала во все стороны сильнее обычного.

Они что, обливают его водой? Его нужно причесать. О чем они думают?

— Кто-нибудь расчесывает Поко? – спросил я. – Его нужно расчесывать четыре раза в день.

Елена рассмеялась.

— Да, постоянно. Он такой взъерошенный, потому что постоянно борется с Пушистиком-младшим.

Ее слова меня не успокоили, потому что покровитель моей жены страдал крайней степенью ожирения.

Поко пронзительно заверещал, словно соглашаясь с ней.

Я сердито посмотрел на него.

— Даже не думайте разговаривать со мной таким тоном, мистер.

Поко скрестил лапки на груди, задрал нос и уставился в потолок.

Я наклонился и посмотрел на его мордочку.

— Никаких больше рыбных палочек.

Его черные глазки расширились, и он покачал головой, будто не верил моим словам.

— Я уже выбросил пакет.

Поко запрокинул голову и завизжал так, словно вот-вот умрет от горя.

На самом деле я совсем недавно заплатил семизначную сумму, чтобы мне лично доставили коробку лакомств с другого конца света, потому что глобальных перевозок больше не существовало. Да, я собирался подкупить его вкусняшками, чтобы вернуть назад.

— Ага, – кивнул я. – Вот что бывает с плохими енотами, которые пропускают дневной сон.