Назову себя шпионом - Евгений Таганов Страница 77

— А у меня только роль маменькиного сына или еще что?

— Ишь ты какой, сразу в резиденты прыгнуть хочешь? Нет, уж пускай Исабель сама протестирует тебя и решит, на что ты годен.

— А как же моя питерская гоп-компания?

— Гоп-компания тоже стоит в сторонке и завистливо кусает губы.

То, что казалось невероятным, стало совершаться с удивительной четкостью и слаженностью. Особый порученец привез из Питера загранпаспорт Копылова. Второй собирался ехать в Тверь, чтобы срочно оформлять загранпаспорт Вере, но оказалось, что у нее он уже есть, год назад сделала для Хорватии, в которую так и не поехала.

— На какой Кипр? — возмущалась она по телефону. — Мне диплом в печатный вид приводить надо.

— На ноутбуке на пляже под зонтиком приведешь, — для Алекса это было сущим пустяком. — Ничего слышать не хочу. Записывай адрес — и в электричку. Ноутбук при мне.

С турпутевками тоже все решилось без проблем. Со своим институтом о небольшой отсрочке Алекс на личном обаянии договаривался сам, успев до отъезда даже сдать два экзамена. Стаса и Инкубатор майор распорядился вообще не уведомлять, Севе сообщить об отлете на Кипр уже из Домодедова, с Жоркой и Евой общаться только по почте — посмотреть потом, откуда протечет в Питере про сей копыловский вояж. По договоренности Зацепин вылетал на Кипр на день раньше и уже там должен был встречать молодую пару в Ларнакском аэропорту.

В хазинскую двуххатку Вера так и не попала, с Ленинградского вокзала Алекс повез ее прямо на Павелецкий к аэроэкспрессу. И вот они уже в «дьюти фри» Домодедова отовариваются бейсболками и кремами от солнца.

— А что я там буду делать, я ни одного иностранного слова не знаю! А если ты куда-нибудь отойдешь? — ужасалась она.

— Сильно заплачешь и потребуешь российского консула, я тебе запишу, как это произносится, — в своем фирменном стиле утешал любимую Копылов.

Как только он по телефону известил Севу о своей поездке, тут же позвонил Голос (в миру, как раскопали в Инкубаторе, бывший замначальника морпорта Дыко Иван Ильич):

— С чего это вдруг ты так на Кипр намылился?

— Солнца хочу. Утомил меня ваш полярный Питер.

— Едешь с Евой?

— Не-а. Ее оставляю в «Биреме» на хозяйстве. Но ей о поездке знать не положено. Я для нее — в Москве в институте на экзаменах.

— Значит, с Верой?

— Очень может быть.

— А если я скажу, что тебе велено оставаться при гостинице?

— Вы месяц меня не тревожили, а когда я стою уже у самолета, вам обязательно что-то надо. Уверен, за две недели вы легко без меня обойдетесь.

— Смотри, не сделай вид, что забыл дома «Моторолу» и выход на связь прежний.

— Она будет в моих плавках даже во время купания.

Вера первый раз летела на самолете, и ей было все интересно: облака за иллюминатором, стюардессы с едой, туалет, в который она вошла, но так и не сумела им воспользоваться по прямому назначению. Подтрунивая над ней, он сам себе казался бывалым и опытным путешественником, который готов к любым неожиданностям.

Как ни странно, фонтанирующая говорливость невесты совсем не мешала его «думам о главном». Как именно будет выглядеть их встреча с матерью, после восьмилетней разлуки? Ну прямо свидание Штирлица с женой на нейтральной территории! Как получится представить ей Веру? Какие могут быть для него перемены от этой встречи? Не позовут ли его, как носителя испанского языка, на службу в Западное полушарие?