Тайна голубого стакана - Алексей Попков Страница 100

Мошков принялся жадно пить, черпая воду полными пригоршнями. Крупные капли, стекая по бороде, звучно падали в ручей.

Утолив жажду, он расстегнул косоворотку и принялся смачивать присохшую к телу нижнюю рубашку. Понемногу она стала отделяться от раны. Боль постепенно утихла. И Мошков смог промыть кожу, неизвестно почему покрытую ссохшейся грязью. С величайшим изумлением он увидел, что рана почти совсем зарубцевалась.

После того как он промыл рану, старик почувствовал заметное облегчение, окончательно успокоился и пришел к заключению, что пуля, видимо, не задела жизненных органов и крови было потеряно не так много, как он предполагал раньше.

«Неужели я потерял сознание только от удара головой о камень, когда упал?» – размышлял дед, принимаясь ощупывать лоб и затылок.

Боли нигде не чувствовалось.

— Видно, так оно и было! – решил он и стал обливать голову водой.

Давным-давно дед Афанасий слышал от стариков, что воды этого родника и болота обладают целебными свойствами, но задумываться над причиной этого ему и в мыслях не приходило. Мало ли в природе непонятных вещей! Но в прошлом он на себе проверил, что если этой водой промыть рану, то заживет она буквально в несколько дней.

Сам он года два тому назад сильно стер ступню правой ноги. Двигаться дальше стало невозможно. Пришлось разуться и дать отдохнуть ногам. Спешить было некуда, и он некоторое время лежал неподвижно, наслаждаясь отдыхом. Но бездействие скоро надоело ему, и он, вспомнив рассказы стариков, решил обмыть поврежденную ногу болотной водой.

Болото, в которое впадал этот ручей, находилось почти рядом с тем местом, где он расположился, и Мошков ползком добрался до него. Берег оказался вязким от осевшего на нем ила, поэтому Афанасий Спиридонович, не подползая к воде, погрузил ногу в теплую болотную жижу. Он сразу же почувствовал легкое, приятное щекотание, боль в натертых местах начала стихать.

Продержал он ногу в воде часа три: за это время Мошков успел выкурить не одну трубку. Вытащив затем ногу из грязи и обсушив ее, он с удивлением заметил, что стертое место затянулось. Не ощущая уже боли, дед обулся и легко дошел до своей заимки.

Только сейчас вспомнив про целебные свойства этого источника, Мошков снова присел и, поеживаясь от холода, почти до самой шеи погрузил голову в воду, плотно зажмурив глаза.

После того как старик трижды так окунулся, он услышал легкие шаги и треск валежника. Дед из предосторожности замер на месте.

«Нет, видно мне почудилось!» – решил он, встряхивая мокрые волосы.

Но установившаяся было тишина длилась недолго. Не успел Мошков встать на ноги, как вновь послышался шум. Сомневаться больше не приходилось – к пещере кто-то двигался. Неопытный человек мог подумать, что это крадется таежный зверь, но деда нелегко было провести: он знал, что зверь ходит не так. Сюда пробирались люди, пробирались неумело – несмотря на предпринимаемые ими меры предосторожности, под ногами у них время от времени трещали сухие ветки, а порой слышалась приглушенная ругань.

«Уйти не сумею, – подумал Мошков. – Придется снова возвращаться в пещеру, только укроюсь теперь поближе к выходу».

Пятясь ко входу в пещеру, дед Афанасий не спускал глаз с тропы, откуда с каждой минутой все явственнее доносился шум шагов. Прячась в густом кустарнике, он возвратился к устью пещеры и, прислонившись к стенке, стал ожидать.