Кованый сундук - Александр Воинов Страница 110

— Дедушка, дайте воды напиться! – попросила Лена.

Старик молча опустил ведро в колодец. Было слышно, как оно грохнулось вниз и как где-то глубоко чавкнула вода.

Стоя в сторонке, старуха рассматривала девушек.

— Уходите! – тихо сказала она, когда, придерживая ведро на краю колодца и нагнув его к себе, Лена стала жадно пить воду. – Уходите отсюда, в селе вас быстро заарестуют.

— А кто в селе? – спросила Надя, приглядываясь к разношерстной толпе, собравшейся метрах в ста от колодца, на которую сердито покрикивал солдат. Он просматривал документы у всех, кто проходил мимо, но почему-то не отпускал их, а задерживал.

— Румыны! – ответил старик, отбирая у Лены ведро. – Самолет ночью летел. Всполошились они! Говорят, где-то парашютистов сбросили. Всю ночь ходили с облавой и вот теперь строго проверяют.

— Ну, самолеты теперь везде летают, дедушка, – сказала Лена, оглядывая село, а сама раздумывала, как бы поскорее вернуться назад и обойти его стороной.

— Уходите! – повторила старуха. – За деревней балка. Там жандармов нет.

— А как называется ваше село?

— Свердлово.

Девушки озадаченно переглянулись. Свердлово?! Рассматривая в штабе карту, они видели это название в стороне от того пути, по которому им нужно было направиться после приземления, но им и в голову не пришло запомнить, где именно оно расположено.

— Там железная дорога близко?

— Близко, близко… Да уходите вы отсюда побыстрей! – сказала женщина и, поднявшись на крыльцо, скрылась в хате.

Но незаметно уйти было уже невозможно.

Отогнав задержанных поближе к хате, в которой, очевидно, располагалась «дежурка», солдат пристально рассматривал девушек. Высокий, с черным, давно не бритым лицом, поблескивая белыми зубами, он что-то весело говорил своему напарнику, рыжеватому, похожему на немца коренастому здоровяку, который небрежно придерживал ремень автомата, сползавшего с его плеча.

— Вылупили глаза, черти! – тихо выругалась Надя. – Ну, что будем делать?

— Придется идти!

Надя вздохнула и резким движением, в котором чувствовалось несколько наигранное бесстрашие, закинула узелок с вещами за спину.

Солдаты медленно двинулись им навстречу.

— Вуно зио![4] – проговорил высокий солдат с нашивками сержанта и шагнул им навстречу. В его движении не было ничего угрожающего.

Надя чуть отстала от Лены и незаметно выбросила в канаву последний кусок шоколада: русский шоколад может стать уликой против них. В это время второй солдат, коренастый и низкорослый, подкинул на плече сползший с него ремень автомата и вышел на середину дороги.

— Куда идете? – спросил он по-русски, и на его лице возникло выражение настороженности; он, видимо, не одобрял добродушного тона своего напарника.

— В Одессу, – ответила Лена.

— Откуда?

Девушки помолчали. Так хорошо придуманная легенда полетела к черту! Ошибка на каких-нибудь пятнадцать километров, и нужно все сочинять заново.

— Ну! – прикрикнул солдат. – Где паспорт?!

Он снял с плеча автомат, прислонил его к ноге, всем своим видом показывая, что не намерен торопиться, и протянул руку.

Короткие пальцы со следами въевшегося под ногти черного ружейного масла нетерпеливо шевелились.

— Сейчас, сейчас! – проговорила Лена, доставая из кармана паспорт. – Вот, пожалуйста!

Пальцы солдата выдернули паспорт из ее рук. Это резкое движение, казалось, уже предрешало все дальнейшее.