Последняя жертва озера грешников - Марина Болдова Страница 125

«Юлька, забыл сказать — отец Арсений приехал в отпуск, я его сегодня видел в храме. Рада, что он вас венчать будет?» — вернул ее в действительность голос отца. Рада ли она?! После этих слов Юля чуть было не рванула в храм одна, бросив жениха и будущую родню. Уже, извинившись, приподнялась со стула, но была остановлена суровым отцовским взглядом.

Она даже не догадывалась о том, что родители знают о ее грешной любви к священнику. Не знала она и о том, что отец ходил к Арсению, еще когда она была студенткой. О чем говорил с ним, Юле не сказал. Но признался, что с тех пор сам стал захаживать в храм. На СВО уходил уже верующим искренне и глубоко.

И венчание, и свадебный банкет прошли для Юли как в театре — вроде бы смотрела она спектакль как зритель, а в финале выяснилось, что сыграла главную роль не актриса, а она сама. Из ресторана после банкета в лимузине ехала, пребывая в глубокой задумчивости. А в квартире, которую подарили им родители Григория, Юлю «накрыло» окончательно — она вдруг поняла, что потеряла не только свою фамилию, но и свободу. Сокольский суетился возле, не зная, как остановить истерику. В конце концов вылил на ее свадебную прическу всю воду из графина. Лил молча, тонкой струйкой, а истерика постепенно затихала. «Юль, а ты любишь меня?» — спросил он после очень серьезно. «Да, Сокольский!» — с досадой ответила она и только тут осознала, что так оно и есть. Потому что представить, что они не вместе, она уже не может…

— Так помнишь, или нет?

— Отстань, Гриша. Ну что за дата такая? — попыталась она потянуть время и быстро в уме просчитать, что бы такого значительного, кроме свадьбы, могло произойти со дня их встречи в магазине.

— Ладно, не мучайся. Сегодня ровно шестьдесят шесть дней, как нас познакомил в клубе Стас! — произнес Сокольский торжественно.

Юля ошалело смотрела на мужа, тут же вспомнив, как расстроилась, когда увидела рядом с ним эту пустоголовую куклу Тусю Ярову. В тот день она решила, что Сокольский ее, Юлю, даже не заметил.

— Ты что, уже тогда в меня влюбился? — с подозрением спросила она, готовая не поверить, если тот скажет «да».

— Влюбился, не влюбился… а с Тусей расстался в тот же вечер, — явно довольный собой, ответил Григорий.

— Почему?!

— Как-то невыгодно она стала отсвечивать на твоем фоне, любимая, — со всей серьезностью заявил Сокольский.