Бетонное алиби [сборник] - Алексей Макеев,Николай Леонов Страница 128

— Хлорку выпил. Достаточно по-простому?

— Хлорку? — будто не расслышав, переспросил Гуров.

— Хлорная известь, отбеливающий порошок…

— Да понял я. Черт знает что!

— Примерно через пять-десять минут наступила бы смерть, но у Чопина, вероятно, не осталось сил переживать страшную муку, потому решил облегчить свой уход.

— Ничего не понимаю, вот правда. Взрослые люди, а здесь хлорка, самоубийство… Хотел дело? На! Получи и распишись! — ругал себя Гуров. — Еще подробности будут?

Инна устало сняла очки, сложила их и убрала в сумочку, а затем, приложив большой и указательный пальцы к переносице, крепко зажмурилась.

— Лев Иванович, что смогли сейчас здесь раздобыть — взяли, что пришло — сказала, если еще будет — отправлю по почте, а в остальном — вскрытие покажет.

Поблагодарив судмедэксперта, он хотел было уже пойти к машине, но, вспомнив последнюю деталь, окрикнул женщину:

— Инна, проверьте следы на ящике, мало ли, вдруг найдутся сторонние? И внутреннее содержимое.

Бросив взгляд в сторону машины, где Гриша все еще хлопотал над Софией, опер решил не торопиться.

Зайдя в профиль Геннадия в социальной сети, полковник разглядывал последние посты, которые опубликовал Чопин, но ничего примечательного не отыскалось. Большая часть фотографий была сделана в невероятно красивых местах, которые Геннадию удалось запечатлеть, почти на всех снимках присутствовал молодой, широко улыбающийся русоволосый мужчина спортивного телосложения. Фотографии сухой долины в Антарктиде, соляной пустыни в Боливии, тюльпанных полей в Нидерландах оказались самыми свежими и сопровождались текстом внушительных размеров, где погибший описывал свои эмоции, что-то советовал путешественникам либо остерегал. Чередовались также публикации в поддержку приютов для животных, которым жертвовал деньги Чопин, и видеозаписями с покоренных им горных вершин.

Листая ленту последних новостей сегодняшнего дня, быстро удалось найти публикацию о странном поступке тревел-блогера и возможность перейти по прямой ссылке на видеозапись. Лев Иванович нажал «Воспроизвести видео». Дрожащий парень, захлебывающийся в слезах, вел роковую трансляцию:

— Дорогие друзья, это мое последнее видео. Я бы хотел попрощаться со всеми вами и сообщить, что во многом был неправ, часто ошибался, часто делал людям плохое, даже не думая о последствиях. Мною было совершено много зла, о котором я умалчивал. Тяжкий груз на сердце не позволяет мне двигаться дальше. Несмотря на это, в моей жизни были и светлые моменты. Мама, Анжелика, я вас люблю, вспоминайте меня с теплотой и помните, что где-то там, высоко, я буду покорять очередную вершину, и однажды мы с вами встретимся и так же посмотрим с высоты вниз, любуясь видами. Прощайте, друзья, и помните: все действия имеют свои последствия. Не будьте такими, как я. Смотрите только вперед.

Слова путались, но даже когда прощальная речь подошла к концу, он не прерывал запись. Послышалось бульканье жидкости, будто кто-то наливал воду в стакан, после чего Геннадий залпом осушил содержимое, демонстрируя процесс на камеру и, бросив телефон, схватился за горло. Эфир не был выключен, и зрители слышали все сипения и хрипы, которые издавал блогер. Уже через минуту наступила гробовая тишина, после которой раздался оглушительный шлепок и завизжали сигнализации припаркованных автомобилей. Далее запись обрывается с пометкой на то, что кто-то из зрителей отправил срочную жалобу, и эфир заблокировали.