Слепая зона - Сара Парецки Страница 128

Конрад так резко поставил чашку, что кофе выплеснулся на него и на кушетку.

— Ты вломилась в помещение?! Ради бога, Вик! Всю свою жизнь я арестовываю людей за такие проделки. Скажи, зачем ты это сделала, что ты хотела этим доказать?

— Джаспер Геккомб прячет около пяти миллионов долларов наличными в шкатулке у себя в офисе. Тебе это не кажется любопытным?

— Посему ты считаешь, что закон не для тебя?

— Это не шутка, Конрад. Я видела эти сотенные купюры. Можешь поинтересоваться.

— Единственное, что меня сейчас интересует, – это как далеко ты зайдешь в поисках истины. – Он наконец почувствовал струйку кофе на животе и вытерся платком. – Я помню, как в прошлом году кто-то вломился сюда и перевернул все вверх дном. Тебе это тогда казалось недопустимым! Ты думаешь, это выглядит лучше, когда ты шаришь в чужих владениях?

— Мне это тоже не нравится, во всяком случае, я не рассчитывала на твою поддержку. Но как еще я могла добыть такого рода информацию?

Конрад отложил газету.

— Послушай, Вик, именно поэтому существуют законы, и общество поручает профессионалам защищать себя, и нет нужды каждому бегать по улицам и сражаться за справедливость, которая устраивает его сегодня утром. Достаточно скверно, что у нас в городе миллион стволов, и каждую секунду какой-нибудь подонок может изобразить из себя Шейн и открыть пальбу. Ты думаешь, кто-то охотится за тобой, тогда иди в суд и возбуждай уголовное дело. Если ты думаешь, что Геккомб замешан в грязных делишках, – иди к Финчли, и он добудет ордер на арест.

Я внимательно посмотрела на него.

— Думаешь, он добудет? Финчли и разговаривать об этом не станет. Кстати, и судья вряд ли даст согласие на выдачу ордера просто из-за того, что мне показалось, будто парень был груб со мной.

— В любом случае, девочка, оставь эти игры.

Я ничего не ответила: у меня не было сил спорить. В конце концов, Конрад был прав: никто не должен ставить себя выше закона. Непростительным было и то, что я вовлекла мальчишку, уже имеющего исправительный срок. И что еще хуже, я бы сделала это снова, даже зная, что не права. Наверное, я скрытый психопат.

Конрад, смягчившись, обнял меня и притянул к себе. Я прислонилась к его плечу и спросила, чем ему пришлось заниматься этой ночью.

— О, обычный грустный итог той уличной «справедливости», которую тебе так нравится вершить. Я сыт ею по горло. Сегодня днем я хочу пойти в парк немного погонять мяч с ребятами. Собирается наша старая команда, мы намерены показать этим соплякам, на что способны. А потом мы с Терри, быть может, пойдем выпить пива. Я, вероятно, переночую у матери: завтра Вербное воскресенье; она любит, чтобы по этому случаю ее цыплята собирались вокруг нее. А чем будешь заниматься ты?

— Собираюсь выспаться.

— А что потом?

— Зависит от того, сколько я просплю. Мне нужно вычислить, откуда к Джасперу пришли все эти деньги.

Конрад отстранился и строго посмотрел на меня.

— Без партизанщины. Обещаешь, Вик?

Я подняла три пальца.

— Честь скаута, сержант.

Я снова прижалась к его плечу и стала погружаться в сон.

— Пора в постель, мисс Виктория. – Конрад поставил меня на ноги.

В спальне я сбросила туфли и носки и легла в джинсах, не имея сил раздеться до конца. Конрад отстегнул мою кобуру и положил ее рядом на стол. Он подарил мне долгий крепкий поцелуй, но я так и не поняла, прощал меня Конрад или прощался. Я заснула, прежде чем он вышел из комнаты.