Кованый сундук - Александр Воинов Страница 130

Надя озадаченно взглянула на часы.

— Я могу теперь выйти в эфир только после двенадцати ночи.

— Вот и хорошо, – прикинула Лена, – сообщение о караване в штабе получат вовремя.

— Что же будем делать с эшелоном? – спросил Миша.

— Но ведь скоро комендантский час.

— За ночь его могут угнать!

Да, положение не из легких! Могла бы, конечно, помочь Валя, но к ней решили больше не обращаться. А штабу надо отвечать…

Лена смотрела в окно на темнеющее небо. Через час – с восьми вечера – патрули откроют стрельбу по тем, кто появится на улице без пропуска, а если схватят – в лучшем случае штраф и тюрьма.

— Ты уверен, что это действительно важный эшелон? – спросила Лена.

— Безусловно! – подтвердил Миша.

— Давай здорово подумаем, – сказала Лена. – Рискуя жизнью, сумеем ли мы что-нибудь выяснить?

Миша понизил голос.

— Сегодня в ночную смену работают мои знакомые сцепщики вагонов. Если мы сами ничего не увидим, сможем узнать у них.

— А как же мы вернемся обратно? – спросила Лена.

— Вот в том-то и дело! Все будет зависеть от того, что нам удастся узнать. Если эшелон уйдет ночью – необходимо радировать, чтобы его бомбили в пути. Нам всем рисковать незачем. Пусть Надя останется дома, а мы с тобой пойдем. В крайнем случае ты останешься в порту и примкнешь к ночной смене, а я постараюсь пробраться сюда.

Эту ночь все они запомнили надолго…

С моря дул ледяной ветер. Холод быстро пробрался под осеннее пальто, и Лена подняла воротник, чтобы защитить от него хотя бы лицо. Миша шагал рядом, по-прежнему не обращая внимания на то, что свернувшийся в жгут шарф не закрывает шеи, а шапка сдвинута набок. Казалось, ему даже жарко.

Они достигли товарной, когда до комендантского часа оставались считаные минуты. Портовые пропуска помогли им приблизиться к железнодорожным путям, минуя проволочное заграждение. Однако возле составов непрерывно патрулировала охрана.

Недавно кто-то без машиниста пустил паровоз, и он врезался в состав с платформами, на которых стояли орудия, и вагонами, доверху набитыми ящиками со снарядами. Виновника не нашли. Но с этого дня охрана получила строгий приказ: стрелять в каждого, кто в неустановленном месте приблизится к железнодорожной колее, даже не окликнув его и не спросив пропуска.

Этот приказ был объявлен всем портовикам под расписку. С тех пор прошло не больше недели, и три человека уже были застрелены охраной.

Лена и Миша, конечно, знали об этом. Понимая, что только величайшая осторожность или просто счастливый случай могут уберечь их от пули, они с той минуты, как вышли из дома, ни словом не обмолвились о грозящей им опасности.

Во тьме проступали очертания вагонов. Глухо лязгали буфера, и на резкую трель свистка паровоз отвечал сцепщику пронзительным гудком.

— Стой, – тихо проговорил Миша, схватив Лену за рукав. – Видишь, слева платформы? А за ними, на втором пути, товарные вагоны. Это как раз и есть тот состав…

Их прикрывала каменная стена разрушенного склада. Здесь было не так ветрено, и Лене стало теплее. Вглядываясь в сумеречные тени вагонов, она поймала себя на мысли, что Мишино соседство успокаивает ее.

— Тебе холодно? – спросил он и, не дождавшись ответа, снял с себя шарф и закутал им ее шею; она покорно промолчала.

— Что, Мишенька, будем делать? – спросила она, словно он был командиром их маленькой группы и она полагалась на его ум и энергию.