Тайны Нового Орлеана - Хелен Берд Страница 14

— Я не могу решать за тебя твою судьбу, Бен. Просто… неужели ты никогда не думал, что где-то есть женщина, которая подошла бы тебе идеально? С которой ты бы хотел прожить до конца своих дней, от которой у тебя были бы дети?..

Эту песню Бен слышал не раз. От своего отца, от матери, от родителей Билла, от него самого, в конце концов. Ничего нового.

— У меня есть женщина, которая подошла мне идеально. – Бен сжал двумя пальцами переносицу. Все тепло от встречи с семьей куда-то испарилось. – И я на ней женился, Билли. Мне хочется самому управлять своей жизнью.

— Мы не распоряжаемся своей судьбой, – возразил Билл. – Богиня лучше знает…

— Ничего она не знает! Ее не существует, Билли! – Бен все же вспыхнул, как спичка, хотя старался сдержаться. Характер взял верх. – Это всего лишь природа, которой мы поклоняемся!

Парень думал, что в Эл-Эй научился держать себя в руках. Но стоило ему возвратиться домой и снова услышать этот сраный бред про истинность, как у него закипела кровь. Будто мало ему этих снов, приходящих абсолютно внезапно! Будто мало, что, просыпаясь с диким стояком, он смотрел на Стеллу, и что-то внутри щемило, потому что видел-то он не ее!

Хотелось вывести Билла на спор. Хотелось убедить его, встряхнуть, выпалить прямо в лицо, что не всем повезло с истинными, что его собственные предки жили, как кошка с собакой, и как животные же трахались, потому что не могли противиться этому притяжению, и оно жрало их изнутри. Хотелось заорать, что Бен не хочет, мать вашу, для себя такой судьбы…

— Пап, ужин готов. – В гостиную высунула нос девушка.

— Уже идем, Келс, милая, – отозвался Билли.

Келли?

Мелкая?

Хрен бы там.

На Бена смотрела девчонка из его чертовых снов.

Глава четвертая

Третье декабря 1994 года

Келли застыла в дверях.

Больше всего на свете хотелось убежать. И даже не потому, что она краем уха услышала ссору отца и приемного дяди. Не потому, что ее истинная любовь, подаренная Богиней, говорил, что судьбы не существует, и они сами придумали, будто ими кто-то управляет. И поэтому на самом деле это была не единственная причина…

Просто…

Бен был другим. Кто угодно бы изменился за десять лет, но Келли думала не о его внешности. Она думала, что Лос-Анджелес наложил на него свою лапу. Та сила духа, что она чувствовала от него в свои девять, казалось, потухла, и от ее света остался лишь небольшой отблеск.

Может, папа был прав, говоря, что Калифорния меняет людей. А, может, силы этой и не было никогда и она просто восхищалась им, как любой ребенок восторгался бы кем-то, кто шел к своей мечте так же упорно, как Бен. Однако это все еще был тот самый Бенджамин, которого Келли видела во снах с тех пор, как ей исполнилось пятнадцать.

Не у всех ведьм видения о предназначенных приходят в одном и том же возрасте, и Эмили, в ее шестнадцать, до сих пор не видела ни одного сна, однако Келли запомнила каждую татуировку своего предназначенного еще до того, как незадолго до совершеннолетия, наконец-то, увидела его лицо.

Сейчас она могла видеть эти татуировки на его руках. Сбоку на его шее. Видела его взгляд. И глаза были такие же пронзительно голубые, как и в ее видениях. Ямочка на подбородке, крупный красивый рот, выкрашенные в блондинистый цвет взъерошенные волосы.