Искусство в крови: новое дело Шерлока Холмса - Бонни Макбёрд Страница 18

Холмс бросил на меня испепеляющий взгляд.

— Здесь можно попить чаю? – поинтересовался я. – Пожалуй, французская булочка оживила бы меня.

— Ватсон, откуда в вас столько мещанства? Вы же стоите перед одним из лучших произведений искусства в западном пантеоне… – Замолчав на полуслове, он вытащил карманные часы. – Отлично! Время пришло! У меня назначена встреча с куратором скульптуры: нам надо кое-что обсудить по украденной статуе Ники. Вроде, в их распоряжении есть редкая фотография. Идемте, нам нельзя опаздывать.

— Что? Вас же не интересует украденная статуя.

— Выполняю просьбу брата, не более того. Ну, и любопытство, конечно.

Холмс всегда отличался целесообразностью, поэтому я усомнился в его объяснении, но постарался сдержать раздражение.

— Когда вы успели назначить эту встречу?

— Элементарно, Ватсон! – отрезал он. – Отправил телеграмму из Дувра.

Как типично для Холмса – скрывать свои намерения даже от меня!

— Холмс, здесь уйма произведений искусства, которыми я не в состоянии проникнуться с первого раза. – Мое раздражение усиливалось. – И я очень хочу выпить чашку чая. Немедленно.

Таким образом, договорившись с Холмсом встретиться у входа с улицы Риволи через три четверти часа, я оказался в галерее один. Он предупредил меня, чтобы я проявлял осторожность и оставался на виду у других посетителей.

Я счел это предупреждение бессмысленным. Кто мог следить за нами в Лувре? Никто, кроме эксперта по искусству, с которым он сейчас встречался, не знал о нашем присутствии здесь. Я задавался вопросом, не остаточный ли эффект кокаина, усугубленный чрезмерной художественной стимуляцией, заставил воображение моего друга работать сверхурочно.

Пытаясь отыскать дорогу в буфет, я окончательно потерял ее и блуждал добрых пятнадцать минут, все больше уставая и раздражаясь. Наконец отзывчивый охранник показал мне короткий путь – по служебной лестнице, которой обычно пользовались сотрудники музея.

Я вышел на плохо освещенную винтовую лестницу и начал спускаться. Оглядываясь назад, я понимаю, что повел себя безрассудно. Но мне еще лишь предстояло осознать, насколько опасно наше расследование.

Когда я миновал следующую лестничную площадку, дверь этажом выше с тихим щелчком открылась. Я забыл о существовании таинственного преследователя и только через секунду-другую понял, что позади меня не слышно шагов.

Неужели кто-то вышел на лестничную площадку наверху и остался стоять около двери? Странно, подумал я и начал поворачиваться, чтобы посмотреть, что там происходит, как меня внезапно сильно ударил по ногам довольно высокий человек, закутанный в серую накидку, в низко надвинутой шляпе… и с зонтиком в руках! Я покатился по мраморной лестнице, словно детская игрушка, брошенная в порыве досады.

Врезавшись с глухим стуком в перила, ограждающие следующую лестничную площадку, я остался лежать там, едва дыша. При каждом движении грудной клетки сознание пронзала резкая боль, заставлявшая меня стонать. Дверь на площадке выше со щелчком закрылась, и я провалился в черноту.

Когда я очнулся, то обнаружил, что лежу на кушетке и надо мной смутно виднеется страшно озабоченное лицо моего друга, Шерлока Холмса.

— Ватсон! Ватсон! – звал он, похлопывая меня по руку, чтобы привести в сознание.