Отдай свою страну - Ирина Дегтярева Страница 31

— Это ведь Нгие кому-то слил информацию о моих перемещениях с клиентом.

— Да ну? – Луис сел и потянулся за рубашкой. Спал он в брюках. – Поехали. Надо бы Мбазе звякнуть с его ребятами. Вдруг Нгие не один.

Нгие был дома. Его жена и две дочери тоже. Он не ожидал, что его в принципе кто-то возьмет на подозрение.

Ворвались с автоматами. Семью загнали в дальнюю комнату. Свет от зеленого плафона под потолком светил тускло – предполагалось, что он будет создавать уют, а теперь свет придавал довольно зловещий оттенок происходящему.

Нгие сидел на табурете посредине комнаты, около большого круглого стола, покрытого белой скатертью, ниспадавшей до пола. Нгие сцепил пальцы рук и казалось, что он молится, а может, в самом деле молился. В одних трусах, испуганный, он выглядел жалким без формы и автомата.

— Кому ты сообщил, что мы с Гиваром направляемся в порт? – спросил Марио, встав напротив.

— Марио, я не…

Санчес ударил его по щеке почти по-отечески, но Нгие улетел за стол вместе с табуретом. Его тут же подняли и усадили снова перед колумбийцем.

— Неправильный ответ, – пояснил Марио. – Попробуй еще раз.

— Да, я сообщил. Но дело не в тебе. Охотятся на Гивара. Поверь, я не хотел, но… Семья, они угрожали…

— Сколько заплатили?

Нгие опустил голову.

— Много, Марио.

— Кто он? Говори!

— Это женщина. Она китаянка, ее фамилия Дяо или что-то в этом роде.

Марио переглянулся с Луисом. Не слишком ли много китайцев на один квадратный метр конголезской земли, чтобы это было случайностью.

— Как она на тебя вышла? Как объяснила? – зло забросал его вопросами Санчес, он начал бродить по комнате. Наткнулся на куклу, лежавшую около потертого старого кресла, и вернулся к Нгие. – Как она выглядела?

— Китаянка, – повторил он и развел руками. – Белые короткие волосы, маленькая такая, на мальчишку похожа. Она подошла прямо на улице, когда я дежурил около консульства. Сказала, если не сделаю, как она хочет, станет известно, что я бывший партизан. Жену с дочерьми покалечат, а если буду сговорчивый, за пустячное дело даже денег получу. Показала фотографию француза, просила звонить каждый раз, когда он появляется в консульстве. Что мне этот француз?

— А обо мне ты и не вспомнил? Насчет суеты вокруг консульства ты врал?

— Нет. Просто нужен был повод подойти к тебе поближе, когда француз выйдет из консульства, чтобы слышать ваш разговор. Прости.

— Я больше не могу тебе доверять. Не верю и в ту полуправду, что ты мне тут наплел.

— Марио, я не вру!.. Ты мать мою не прогоняй и семью не трогай, пожалуйста.

— Они донесут, – кивнул в сторону соседней комнаты Санчес, открывая кобуру.

— Позови ее, я попрощаюсь и прикажу не болтать. Она не станет. Поверь! – попросил Нгие.

Колумбиец замешкался и все же велел:

— Приведите женщину.

Она вошла. Высокая, худощавая, держа одну руку за спиной. Лицо у нее было странно отрешенное.

— Франциска, прошу тебя… – только и успел сказать Нгие.

В этот же момент Санчес заметил пистолет в руке жены Нгие. Ствол глядел ему в лоб.

Не успевал выхватить «беретту» и лишь закрыл глаза. «Как просто и глупо», – подумал он, и раздался выстрел, оглушительный в небольшой комнате. Глухо упало тело, вскрикнул Нгие.

Марио открыл глаза и увидел, что Нгие склонился над мертвой женой, а его уже оттаскивают, поднимают с пола ее пистолет. Из ствола браунинга Мартинеса шел легкий дымок. На благодарный недоумевающий взгляд Санчеса он ответил по-испански: