Чашечку кофе, доктор? - Ольга Авдеенко Страница 32

— В этом доме живет доктор Моррис?

— Никакие доктора тут не живут, – равнодушно ответила та.

Инспектор описал ей внешность старичка. Прачка неожиданно улыбнулась, опустила на крыльцо свою ношу, поправила загрубевшей рукой вылезшие из-под чепца волосы:

— А! Дедушка Найджел! Это который детей учит руки мыть и все такое. Книжки им читает, а картинки там – жуть кромешная! Ну, да дети любят страшное, не боятся. А я не против – он безобидный, мы к нему привыкли. Мои так и крутятся возле него, когда он приходит.

Финнеган между тем продолжал вести переговоры с юным уличным торговцем и уже стал обладателем трех пирожков с начинкой загадочного происхождения.

— Как нам его найти? – спросил инспектор.

— Не имею понятия, – пожала плечами женщина. – Где живет – не знаю, просто приходит, когда ему хочется.

Она рывком подняла тяжелую корзину и потащила ее за угол дома, в скверик, где между деревьями были натянуты веревки.

— А теперь отвечай на мой вопрос, – потребовал Финнеган.

— Не видел я никакого старичка! – победно выкрикнул подросток, подхватил свою кастрюлю, отбежал на безопасное расстояние, после чего обернулся и показал язык.

— Ах ты, шельмец! – беззлобно крикнул газетчик.

— Все по-честному – на вопрос-то я ответил!

— Да уж, не придерешься… В следующий раз я тебя заставлю съесть твой пирожок на моих глазах, так и знай!

— Неудача, – спустившись с крыльца, сказал инспектор. – Идемте, заглянем в местный полицейский участок, попросим разыскать этого Найджела Морриса.

По дороге Финнеган зашвырнул купленные пирожки в подворотню, где они тут же стали предметом ожесточенного спора жилистых уличных котов.

Через полчаса репортер, поднимаясь вслед за Найтом в омнибус, сунул руку в карман и воскликнул, ошеломленный:

— Черт! У меня стянули всю мелочь!

— Так и быть, прокатитесь за счет Столичной полиции, – ухмыльнулся инспектор. – А ведь я вас предупреждал.

— Я подумал, вы говорите о пирожках…

— Заберемся наверх, там не так душно.

Инспектор, которого уже начал утомлять его словоохотливый спутник, предложил это не только ради относительно чистого воздуха. На империале пассажиры сидели на двух скамьях, расположенных спинками друг к другу, и упирались ногами в ограждение. Если повезет и рядом свободных мест не окажется, то разговаривать будет невозможно. Однако Найту не повезло: когда они поднялись по чугунной лестнице наверх, пустовали два крайних места. Усевшись, Финнеган немедленно развернулся, готовый начать беседу. Тогда инспектор демонстративно достал блокнот и принялся его перелистывать. Некоторое время газетчик беспокойно ерзал на сиденье и наконец не выдержал.

— Послушайте, – зашептал он на ухо инспектору, – что за преступление вы расследовали в Борнмуте? Вам помогали мисс Кроуфорд и ее дядюшка, не так ли? Как я понял, вы уже не раз работали вместе. Вы мне про это расскажете?

— Нет, – коротко ответил Найт

— Как?!

От растерянности репортер невольно дернулся и задел ногой своего соседа, тучного джентльмена в летах; тот возмущенно засопел. Финнеган не обратил на это внимания.

— Вот так, просто «нет» – и все?!

— Вы правильно поняли. Вас приставили ко мне, чтобы вы освещали в прессе только одно расследование… Кстати, вы собирались пересесть на другой маршрут – вам пора выходить. Вот, держите еще четыре пенса, этого должно хватить.