Гейне. Двойная игра - Анатолий Леонов Страница 33

Вода была как разведенный кипятком русский кисель. Теплая на ощупь, студенистая на вид и с легким запахом ржаной опары. Кажется, царящая в Москве жара изменяла свойства привычных предметов и химических соединений. Впрочем, возможно, это только казалось и все изменения проистекали исключительно в истомленном чрезвычайным зноем сознании непривычных к таким крайностям граждан.

На пруду плавала дюжина однопарных лодок, прокат которых стоил любителям покататься на жаре полтора рубля в час. Сумма не то чтобы большая, но и не маленькая. За эти деньги можно было три раза сходить в кино, те же три раза прокатиться на колесе обозрения или за рубль сигануть вниз с парашютной вышки и не жарить свою голову и спину, ворочая тяжелыми веслами в мутной парной воде!

Демьянов выплыл на середину пруда и засушил весла. Березанцева молча сидела напротив него, опустив руку за борт, и с наслаждением наблюдала, как тихая и мягкая вода, словно ласкаясь, огибала ее ладонь. Молодой человек бросил на свою спутницу короткий взгляд и даже засопел от досады. Она была прекрасна! Высокое полуденное солнце, словно прозрачной вуалью, окружило ее фигуру, превратив в восхитительный, мерцающий в воздухе мираж. Словно мадонна Рафаэля. Чистая и недоступная! У Демьянова защемило сердце и задрожали руки. Он одновременно любовался девушкой и злился на себя. С этим надо было что-то делать.

— Вы давно знакомы? — спросил он, чтобы просто что-то спросить.

— С кем? — ответила она, отрываясь от воды. — С Олей? Мы учились в балетном техникуме при Большом театре. Я выпустилась на два года раньше.

— А как же попали в кино?

Березанцева пожала плечами.

— С балетом не сложилось. Михаил Ильич предложил попробовать в кинематографе. Окончила сценарный ВГИКа, потом режиссерский ГИТИСа…

Она замолчала, не закончив фразу, словно и говорить об этом не стоило. Демьянов зачем-то кивнул головой, словно соглашался с ней. Наступила неловкая пауза, разрядить которую взялась Березанцева. Насмешливо глядя на Демьянова, он произнесла с легким вызовом в голосе:

— Ну давайте, спрашивайте. Вас же интересует, когда я стала работать в «конторе»?

Демьянов протестующе замотал головой:

— С чего вы взяли? Это не мое дело.

— Не лукавьте, — усмехнулась девушка. — Я вижу ваше разочарование. Вы думаете, что я приставлена к вам в качестве соглядатая.

Демьянов понял, что раскрыт, а значит, и притворяться более не имело смысла.

— А разве не так? Положа руку на сердце, меня не устраивает женщина, играющая роль оперативной «жены». Само ее наличие я воспринимаю как недоверие и установку полного надзора!

— Если честно, вы мне тоже не нравитесь. Но работа с вами — мое первое серьезное задание. Если наша пара не справится, то «оперативную жену», как вы выразились, просто заменят. Я не могу себе это позволить. Так что, нравится вам или нет, мы будем работать вместе!

Березанцева говорила жестко и уверенно, словно проговаривала давно уже продуманные в голове мысли. Демьянов бросил на нее короткий оценивающий взгляд и криво ухмыльнулся.

— Почему вы улыбаетесь? — вспылила девушка. — Я говорю серьезно. Если мы закончили с формальностями, предлагаю причалить к берегу.

— В прямом или переносном смысле?

— Во всех. Нам надо в Брюсов переулок.

— Можно полюбопытствовать зачем?