Старая дорога - Анна Завгородняя Страница 34

— Глядите в оба, ваша светлость, — предупредила фон Эберштейна. – Мара рядом. Она затаилась и может атаковать в любую секунду.

— Я готов, — ответил мужчина, и чувство уверенности, прозвучавшее в его голосе, как-то незаметно передалось и мне.

«Вот и отлично», — подумала я усмехнувшись.

Мы обошли внутреннее помещение мельницы, проигнорировав гнилую лестницу, ведущую на второй этаж. На первый взгляд на полу не было ничего и отдаленно похожего на захоронение. Наверное, прошло слишком много времени с тех пор, как в деревне поселилась мара и извела ее жителей, тех, кто не успел уйти. Так что придется использовать силу, чтобы отыскать могилу.

Я вздохнула и снова сняла перчатку, сунув ее в потайной карман своего наряда. Пусть пока полежит в надежном месте, чтобы не потерялась.

— Как интересно вы ищете, — проговорил граф, глядя, как я принялась касаться земляного пола, некогда устеленного соломой. Солома давно сгнила, и пальцы трогали влажную, холодную землю.

Фон Эберштейн следовал за мной, оставаясь начеку. Признаться, присутствие Максимильяна позволяло мне в большей мере сосредоточиться на поиске. Я знала, что на графа можно рассчитывать, и все же была готова в любой момент отразить нападение нежити. Кол в левой руке был весомым аргументов против мары. Хотя, чтобы действительно уничтожить тварь, кол следовало вогнать вовсе не в ожившую гадину, а в то, что придает ей силы.

— Убирайтесь, пока целы, — прозвучало в пустоте мельницы.

Я вскинула голову и быстро огляделась. Мара оставалась незрима. Она таилась рядом. Она пугала нас. Значит, боялась, сделала я вывод.

— Мы не можем, — ответила пустоте, и она разразилась яростным шипением, а затем в сторону графа, соткавшись буквально из воздуха, выпрыгнула нечисть.

— Берегитесь! – успела я закричать, но Максимильян отреагировал удивительно быстро: ударом силы он опрокинул тварь на спину, в долю секунды оказался над ней, навалившись на мару и придавив ее к земле коленом. Еще спустя секунду граф нанес удар прямо туда, где должно было биться сердце и билось бы, окажись противник жив.

Мара сдавленно вскрикнула и растворилась прямо под графом, растекшись густым туманом.

— Тела здесь нет, — воскликнула я, отряхивая ладонь от налипшей земли и каких-то гнилых кусочков травы или соломы.

Фон Эберштейн выругался и поднялся на ноги, вытащив кол, который, как оказалось, вогнал в землю.

— Уверены? — выдохнул мой спутник.

— Да. – Я нахмурилась, а затем подняла взгляд наверх, туда, куда уводила полусгнившая лестница.

А что, если…

— Идемте, — позвала фон Эберштейна.

Он проследил за направлением моего взгляда.

— Могила находится на втором этаже? – предположил граф с сомнением в голосе.

— Не исключено. – Я шагнула на лестницу первой и замерла, когда ступенька под ногой подозрительно затрещала. – Господин граф, — проговорила, сделав второй шаг и заметив, что ступенька начала буквально разваливаться под ногой, — боюсь, вам придется остаться внизу. Лестница вас не выдержит.

— Я не отпущу вас одну, — нахмурился мой спутник.

— У нас нет выбора. – Я не собиралась сдаваться. Чутье вело меня наверх.

— Госпожа Вандермер! – позвал граф, но я уже решительно поднялась на второй этаж.

— А вы упрямая, — донеслось снизу, и я обрадовалась, когда магический шар Максимильяна последовал за мной, осветив сырое помещение с черными стенами.