Последний час - Самюэль Бьорк Страница 39

Разве юридические фирмы не специализируются?

Или одно, или другое?

Аня, почти засыпая на полу:

– Мы получили списки клиентов?

– От адвокатов? Нет.

– Что говорит Анетте?

– Что нам придется идти через суд. Миа, пожалуйста, можно я просто…

– Но может, ты просто вытащишь их?

– Ты хочешь, чтобы я взломала юридическую фирму?

– Да.

– Миа, серьезно, я больше не могу, мне просто нужно…

Еще кофе.

Или нет.

Она, в общем-то, не пила эту бурду, но ведь все приличные кофейни в такой час закрыты?

Мария?

Кто ты такая?

Базы данных полиции.

Адвокаты Виик, Олборг и Симонсен.

И вот она всплывает.

Неоднократно.

Уголовное дело 98-064720TVI-TOSL/01

Окружной суд Осло.

Спор вокруг акционерного общества.

Уголовное дело 99-029913TVI-TOSL/02

Окружной суд Осло.

Мошенничество в особо крупном размере.

Вот здесь все и началось, правда, Мария?

Где-то здесь?

Именно поэтому жилет?

Ты кого-то защищала?

И тот выиграл?

А кто-то другой проиграл, так ведь?

Но, или… нет…

Больше кофе.

Этот чертов тролль.

Книга.

Она листала ее столько раз, что пальцы уже были в порезах от бумаги.

Гражданская война в Америке.

Война.

Атака на Норвегию.

Техники, анализировавшие обломки после взрыва в метро, проделали потрясающую работу. Она была впечатлена. Как им это удалось спустя всего несколько часов после детонации?

C-4.

Пластиковая взрывчатка.

Военная.

Миа снова, с дрожью в голосе, позвонила Мунку сразу, как только Людвигу пришло сообщение.

– Я же говорила, говорила ведь, да? Это атака на Норвегию. Он солдат, Холгер. Тут профессионал работает.

– Хорошо, Миа, спасибо. Я свяжусь с Генеральным штабом, нам нужно только…

Время.

Именно с ним они борются, разве нет?

Гениально.

Миа ненадолго опустилась на пол у окна.

Хоть небольшая передышка.

И даже странное чувство уважения к тому, кого они ищут.

Он все продумал до мелочей.

Ты давно вынашивал свой план.

А мы не успеваем. Ни за что не успеем.

Двадцать четыре часа.

Рысь.

Тролль.

Книга.

Ну же, Миа.

Еще кофе.

Все это для меня, не так ли?

Эти послания?

Ах да, конечно, я понимаю – он не знает, кто я. Но это же было адресовано нам?

Неужели издевка?

«Я могу делать что угодно.

Вы меня все равно не поймаете.

А хотите, я вам даже оставлю подсказки?»

Желтое ухо.

Книга.

Этот чертов тролль.

Черт.

Детские воспоминания, конечно, но больше всего ее бесил именно этот предмет.

Такой безвкусный.

Такое уродство.

Голос матери – чуть поучительный, как всегда, – доносился с другого конца стола, где между тарелками лежал альбом с репродукциями Рембрандта. Вечерняя трапеза в семье Крюгеров в Осгордстранде. Сигрид, как всегда улыбчивая, покладистая, научилась говорить то, что от нее хотели услышать, не придавая этому значения. Совсем другое дело – она, Миа. Как будто родилась с этой неизбывной потребностью понять. Задать вопрос.

– А что в этом такого особенного, мама?

– Ну Миа, ты же видишь, разве нет?

– Да-да, я просто… Это потому, что он хорошо рисует одежду?

Мать лишь слегка покачала головой. Тот самый взгляд.

– Из-за света, Миа. Ты не видишь, как он падает на ее лицо?

09:06.

Пальцы отпускают щипцы. Наушник – голос в ухе, скорее всего. Лицо пожилого мужчины на экране. Беззвучный крик в глазах. Отчаяние. Смерть. Бегущий сапер, шаги без звука, но все они слышали их. Мост в парке Вигеланда. Голубовато-серые скульптуры мелькают в кадре. Он бежит, отчаянно пытаясь спастись.