Слепая зона - Сара Парецки Страница 46

Я внимательно разглядывала ее, а она, неожиданно вскочив на ноги, сняла пальто и бросила его на спинку стула.

— Пойду поищу Теймар, я вернусь через несколько минут.

— Помни, я не собираюсь оставаться здесь надолго, а из-за своей электроники держу дверь запертой.

Когда несколько минут назад явилась Дердри, дверь оказалась открытой только из-за смутной надежды, что Теймар Хаукингс может снова искать меня.

— Я недолго. – Она выскочила в коридор.

Я бесилась от ее нахальства, а она, просунув голову в дверь, попросила:

— Если кто-нибудь придет за мной, скажи, что я вернусь через несколько минут.

Я бросилась за ней.

— Минутку, Дердри! Ты что, назначила свидание у меня в офисе? И даже не спросив меня?

В неосвещенном коридоре я не видела выражения ее лица, но мне был виден ее силуэт. Дердри выглядела так же, как на приеме в среду вечером, ее голова была развернута, как у кобры.

— Не заводись, Вик. Я не назначала свидания в твоей драгоценной берлоге. Просто я… сказала… чтоб знали… где я.

Я возмущенно присвистнула. Другими словами, у нее была стычка с Фейбианом, и Дердри пришла сюда продемонстрировать свою храбрость. «Я иду к Вик в офис, чтобы доказать, что я настоящий герой, попробуй останови меня». Все это треп, что она понимает Теймар Хаукингс и знает Джаспера Геккомба. Я повернулась на каблуках и захлопнула за собой дверь в офис.

Вернувшись к столу, я взглянула на компьютер. Каждый раз, когда я останавливала работу, на дисплее синими буквами высвечивалось мое имя, – надпись как бы посмеивалась надо мной, – я нажала «пробел» и вернулась к файлу «Ламия».

Перед приходом Дердри я ввела данные по «Хоум фри» из Архива 990. Последней задачей на сегодня было ввести имена директоров, связанных с «Сенчури бэнк», из списка, который LEXIS выдал мне во вторник. Это наконец завершит мои труды по проекту «Ламия».

Имена директоров шли в алфавитном порядке. Ближе к началу списка стояло имя Элеонор Гузаяк. Я слегка приоткрыла рот. Эта женщина была банкиром! Она сидела напротив меня на вечере у Дердри в среду, правая рука президента «Гейтвэй бэнк» Доналда Блэкли, который вежливо сказал мне, что он вообще никого не знает в «Сенчури бэнк». Ай-ай-ай! Как мало мы знаем о своих подчиненных!

«Гейтвэй» был большим банком в центре города. Не того класса, что «Фт. Дирбон траст» или «Ферст Чикаго», но он входил в небольшую группу, которая определяла политику в городе – частную и общественную.

«Сенчури», напротив, был маленьким общественным банком, единственный офис которого находился в 48-м административном округе, как раз там, где группа Камиллы намеревалась осуществить свой экспериментальный проект. В том, что служащие большого банка входили в совет маленького банка, не было ничего необычного. Странным выглядело нежелание Доналда Блэкли раскрывать их взаимоотношения.

Я обрадовалась: можно было позвонить Гузаяк, передать просьбу на автоответчик или через секретаря и ждать ответного звонка.

«Это не твое дело, Вик, – остановил меня внутренний голос. – Ты ведь не собираешься ставить под угрозу дела „Ламии“?»

Было почти пять тридцать. Может, все-таки рискнуть? Если я потороплюсь, я могу встретить Гузаяк, когда она будет выходить из здания «Гейтвэя». Выключив компьютер, я быстро засунула бумаги в портфель и погасила настольную лампу.