Загадка двух жертв - Андрей Посняков Страница 52

– Тр-тр… У-у-у! Деффчонки! У-у! – Из-за забора вдруг выскочил невысокого росточка парняга с пегой растрепанной шевелюрой, в рваных обвисших трениках и грязно-белой майке, босой. В руках парень держал… старый руль от грузовика… Крутил его на ходу, урчал словно двигатель и вот сигналил – у-у-у!

– Уу-у, деффчонки! Привет!

Остановившись, парняга заулыбался и затряс головой. Улыбка у него была блаженная, а вот глаза – шальные. Такой мог и…

Впрочем, подружки ничуть не испугались.

– Здорово, Лутоня! Славик дома, не видал?

– Дома Славик, дома! А я поехал – у-у-у!

Закрутив руль, парень побежал себе дальше…

Это был местный дурачок Сашка Лутонин, или попросту Лутоня. Вполне безобидный, человек божий, он был известен на весь городок и летом все дни напролет проводил на старом кладбище, бродил среди зарослей, заброшенных памятников и могил. Жил он здесь же, неподалеку, с матерью, та работала в больнице санитаркой.

– Я его когда первый раз увидела, чуть со страху не описалась! – честно призналась Юлька. – Тоже вот здесь же, возле ОРСа, встретила, еще зимой. Он подбежал, схватил за руку… Хорошо, бабки какие-то как раз из магазина вышли – отогнали. А с тех пор как увидит – здоровается!

– Ну, он вообще-то не вредный.

– Так да… О, пришли… Осторожно, собака! Покричать надо.

Собака сразу и выскочила – здоровенный, серый в рыжих подпалинах пес. Загремев цепью, вскинулся, зарычал, залаял.

Следом за собакой показался на крыльце и хозяин – тощий рыжеватый парень лет двадцати в выгоревших брезентовых штанах и клетчатой рубашке-ковбойке.

– Славик, привет! – Не отворяя из-за злой собаки калитку, Юля помахала рукой. – Мы тут с подружкой… Говорят, у тебя каталог…

– Заходите, – глянув на девушек, пригласил Славик. – Сейчас пса приберу… Место, Упырь! Место! Живо, кому сказал?

Ворча, пес улегся у будки и принялся глодать брошенную когда-то кость…

Упырь! Надо же!

Женька с уже почти профессиональным любопытством осматривалась вокруг, приметив и разобранный мотоцикл рядом с дровяником, и валявшиеся рядом детали, и какой-то черный ящик с клеммами – аккумулятор! Явно от чего-то большого – от грузовика или от трактора… Мотоцикл тоже был черного цвета, «Минск» старой модели, с одним седлом. Почти такой же когда-то был у Дорожкина, и тот, привязав позади поролон, умудрялся катать на нем Катьку, тогда еще школьницу. Катерина потом жаловалась, мол, вся попа в синяках! Не всерьез, конечно, жаловалась, так, больше смеялась… Ой, надо бы к ней сегодня зайти!

Вспомнив подружку, Колесникова невольно улыбнулась. Славик, обернувшись, неожиданно улыбнулся в ответ и гостеприимно кивнул на скамейку у самого крыльца:

– Садитесь. Каталог сейчас принесу… А тебя я, кстати, помню. Ты Женя. С моей младшей сеструхой училась. Анька Славкова, помнишь?

– Анька? – Женька радостно заморгала. – А, тихоня такая…

– Она и сейчас тихоня. Правда, замуж вышла… Ладно, ждите, я сейчас.

Да уж, городок маленький, плюнешь – в знакомого попадешь! И парня этого Колесникова тоже вспомнила… Славик – это по фамилии прозвище, а зовут его то ли Игорь, то ли Иван… так как-то…

– Вот глядите… А я тут с мотоциклом пока повожусь.

Кроме каталога Славик принес еще и картонный пакет с пластинками… тем самым самопалом, где-то с десяток штук…

– Они подписаны.

– Да я вижу…