Искусство в крови: новое дело Шерлока Холмса - Бонни Макбёрд Страница 52

— Я… я… был здесь! – Померой бросился к двери, но я встал у него на дороге, преградив путь к отступлению.

— И юная леди подтвердит это? – поинтересовался Холмс. Померой побледнел. – Да, та самая горничная со светлыми кудрями?

Ага, значит, той парочкой, о которой говорил Холмс, когда мы приехали, были Померой и эта девушка.

— Нелли! Как вы…? Прошу вас, сэр…

— Полагаю, ты был в Париже, верно? Тебе знакома эта вещь? – С этими словами Холмс достал странное приспособление, «половник с очень острым, вроде лезвия, краем», как его описала мадемуазель Ла Виктуар, и поднес его к лицу Помероя. Сухой скребок кожевника. Должно быть, он купил его в Лондоне, уже тогда планируя эту встречу.

Немного драматично, но желаемый эффект нож произвел.

Померой застонал, и его колени подогнулись. Я подхватил его и в полуобморочном состоянии усадил на стул.

— Ты угрожал мадемуазель Ла Виктуар. Почему? И что ты сделал с ее сыном?

— Я бы никогда не причинил вреда леди, – ответил слуга с глазами, полными слез. – Она… прекрасная женщина. И она любит своего мальчика. Я только хотел предупредить ее.

— Так я и думал. Почему?

— У нее сильный характер. Я боялся, что она попытается разыскать Эмиля. И если бы она так поступила… Я только хотел помочь им обоим. Она так любит его!

— Ты хотел как лучше, – сказал я, похлопывая его по плечу.

— Ватсон, пожалуйста, не вмешивайтесь! – сказал Холмс. – Это ты придумал спрятать мальчика в Лондоне? Другими словами, похитить его?

— Нет! Я бы никогда! Это была идея его матери. – Видя наше замешательство или, по крайней мере, мое, он добавил: – Леди Пеллингем. Она попросила меня помочь.

— Похоже, ты пользуешься большим доверием лорда и леди Пеллингем, – сухо заметил Холмс. – Как получилось, что тебе доверили заботиться об этом ребенке десять лет назад? Тебе же было сколько – восемнадцать или девятнадцать лет?

Померой опустил голову.

— Я спас из силка господскую собаку и выходил ее, – ответил он. Холмс не сводил с него сурового взгляда. – И еще несколько услуг. С тех пор я…

— С этим ясно. Граф или леди Пеллингем знали о твоих ежегодных визитах к настоящей матери мальчика?

Померой побледнел.

— Только его светлость, – ответил он. – Леди говорили, что поездка нужна для покупки одежды для мальчика, рождественских подарков и всякого такого.

— И она позволила, чтобы младенца, а затем и малыша, который едва научился ходить, возили в Лондон за покупками? – недоверчиво уточнил Холмс.

— Э-э… так было позже. А сначала его светлость говорил, что хочет, чтобы каждые полгода мальчика осматривал его лондонский врач.

— Гм… Но зачем прятать его сейчас? – поинтересовался я.

— Мы подходим к этому, Ватсон, – отрезал Холмс. Он повернулся к Померою: – Где ребенок?

На лице камердинера графа одна эмоция сменяла другую. Наконец он заговорил:

— В Лондоне, сэр. В безопасном месте.

— Где именно?

— У моей сестры и ее мужа.

— У Чарльза и Мериэль Иглтонов?

— Да. Но как вы…

— Нож. Кожевника. В Бермондси?

— Да.

— Почему леди Пеллингем попросила спрятать мальчика? – потребовал ответа Холмс, повышая голос.

— Тише! – прошипел я.

— Она… миледи… сказала, что здесь опасно. Мы с Нелли тоже чувствуем это.

— Какого рода опасность? Давай же, приятель, выкладывай подробности! – торопил его Холмс.