Слепая зона - Сара Парецки Страница 57

Я гладила собаку. Да, я позволю другу мистера Контрераса починить разбитую раму, но знаю, что никогда больше не смогу смотреть на нее без чувства утраты.

Старик поспешил на кухню готовить чай. Он вернулся с полными чашками чего-то сладкого и темного, и, пока я пила, он пошел жарить яичницу с беконом. Сильный запах жира напомнил мне, что я завтракала семь часов назад, и от того завтрака во мне ничего не осталось.

Мистер Контрерас пододвинул столик с телевизором к моему креслу и стал кормить меня, как заботливый аист своего аистенка. За второй чашкой чая я узнала о содержании сообщения по радио, включая угрозу Терри Финчли получить ордер на обыск моей квартиры.

Мой сосед, естественно, был возмущен.

— Он не звонил, чтобы не быть бестактным, детка, во всяком случае, нет причины… Ты уже сказала Конраду?

Я пожала старику руку. Он ревновал меня к любому, о ком я упоминала. Но когда он представлял меня в объятиях негра, ему становилось особенно тяжело.

— У меня не было для себя ни минуты с того момента, когда я нашла тело Дердри. Пора подняться наверх и позвонить ему. – Я жестом отказалась от предложенного мне соседом телефона – мне хотелось в ванну. Но больше всего на свете мне хотелось остаться одной. Я поцеловала в щеку мистера Контрераса и оставила его скармливать собакам не доеденную мной яичницу.

После ванны я завернулась в одеяло и, поджав ноги, уселась в кресло, глядя в пространство. В Чикаго, в Америке происходит все больше и больше бессмысленных убийств. Людей убивают за то, что они ездят недостаточно быстро, за то, что улыбаются, когда должны быть хмурыми, за то, что носят зеленое, когда должны носить желтое. Кто-то вошел в мой офис и проломил Дердри голову, а я пыталась найти в этом смысл.

День клонился к вечеру, окна в моей гостиной почернели, и я отражалась в них, как в зеркале. Противная гусеница в неряшливом коконе. Я включила настольную лампу и позвонила Конраду. Он уже слышал об убийстве в моем офисе из трех разных источников, но ждал, пока у меня появится желание самой позвонить ему.

— Я уже слышал от Финча, что вы с ним расходитесь во взглядах на событие, поэтому, мисс Виктория, не думай, что должна скрывать это от меня. Как ты?

— Сейчас лучше. Есть новости от криминальных экспертов? А Терри рассказал, как происходил разговор с Фейбианом Мессенджером?

— Он не говорил мне, что подозревает мужа. Я думал, он старается разыскать эту бездомную женщину, которой ты позволила находиться в «Палтинее».

— Она ему нужна как свидетель или как главный подозреваемый? – спросила я.

— Фу, Вик, не бери меня за горло. Этим делом занимаюсь не я, и у меня нет определенного мнения о нем… Не думаю, что могу убедить тебя пойти по тому же пути.

Я задумалась.

— Если Финчли говорил с Фейбианом, я подчеркиваю, действительно говорил с ним и выяснил, что тот был в «Палтинее» вчера вечером, ты, в этом случае, мог бы. Хотя.

Конрад откашлялся, что бывало с ним, когда он нервничал.

— В чем дело? – спросила я.

— Если я скажу тебе, ты сразу начнешь строить несуразные предположения, и я не смогу угомонить тебя до ухода на дежурство.

Я скривилась, и окно отразило мою раздраженную гримасу.

— Обещаю, что любой бред, который придет мне в голову, в ней и останется.

— Алек Гантнер уже звонил Финчу.