Кровь служанки - Алеся Кузнецова Страница 63

– Спасибо, Мирон, – Эва нарочито спокойно поправила рукав. – Я ценю. Но я, правда, хочу побыть одна. Ты знаешь, что у меня есть дурацкая привычка говорить сама с собой, когда размышляюи я не подарю этой сумасшедшей городской в лосинах такого удовольствия.

– Диана бы оценила твой меткий глаз насчет ее внешности.

– Много чести для нее.

– Ты ее немного недолюбливаешь.

– Без “немного”. Она мне вообще не нравится.

– Почему?

– Кажется подозрительной. Ты знал что она живет во Франции? Помнишь, что она сказала? – Эва подняла бровь и вызывающе посмотрела на Мирона.

– Что едет из Минска. Помню. С другой стороны, она не говорила, что живет там. Может просто не посчитала нужным, учитывая, что мы планировали уехать на следующий день.

– Чем она занимается?

– Судя по словам Галины – каким-то непотребством, – рассмеялся Мирон и Эва улыбнулась в ответ.

– Я у Галины тоже под подозрением, если что. Видел бы ты, как она вела допрос с пристрастием на предмет, могу ли я быть знакома с ее обожаемым Леонидом Феофановичем. Капитану поучиться еще… Вот кто в этом деле настоящий профи, а не эти его: "умеете ли вы плавать"… тоже мне сыщик.

– Представь, каково мужику живется. Я про олигарха. Только посмотрел на кого-то: жена тут как тут.

– Сомневаюсь, что у многоуважаемого Леонида Феофановича дело заканчивается этим “только посмотрел”, – она многозначительно скосила глаза на Мирона и оба рассмеялись. Хоть один человек, в верности которого можно не сомневаться. Все-таки Мирон два года работал на нее и, хотя поддержка после убийства в замке не входила в его обязанности, эта ситуации ничего не поменяла в их отношениях: с ним по-прежнему было легко и весело.

– Спасибо, Мирон. Посмеялись с тобой и я немного отвлеклась от тяжелых мыслей. Но уже пришли. Я посижу здесь немного, ладно?

– Тогда увидимся завтра, – он кивнул и Эва тихонько приоткрыла дверь.

Библиотека встретила ее тишиной и знакомым запахом старой бумаги. В полумраке желтые пятна света от торшеров ложились на ковер, создавая островки уюта в море теней. Высокие кресла стояли по углам, как молчаливые стражи, и Эва выбрала то, что казалось наиболее укрытым. Она опустилась в него, откинулась на спинку и глубоко выдохнула. В цветном стекле витража отражалось ее лицо, чужое, искаженное узором. Будто рядом сидела другая Эва, та, которая понимала больше ее, но молчала

– Так… – пробормотала она себе под нос, – по словам Савицкого, подозревать нужно всех. – Думай, Эва. У тебя раньшенеплохо получалось.

Она загибала пальцы и негромко рассуждала.

– Диана. Неприятная, хоть и красивая. Странная, вечно что-то недоговаривает… совершенно без чувства такта. Но ее стиль – подначивать и высмеивать, а не бить. Вряд ли у платиновой блондинки может быть что-то общее с немолодым историком с его монограммами. Но… она мне все равно не нравится. Оставим в списке.

Галина. Нервная, язвительная… но у таких все наверху. Хладнокровное убийство в открытую – я бы поверила, но здесь скорее всего был яд, раз никаких признаков на теле первоначально не заметили и лишь потом стало понятно, что это убийство…

Следующий – конечно, Леонид Феофанович. Хоть его и нет здесь, ощущение, что он с нами ежеминутно. Да, бабник, но убийца?.. Слишком богат, чтобы замараться. И где олигарх, а где историк? Никакой связи. Она поерзала в кресле и вздохнула.