Тайна мыса Пицунда - Николай Свечин Страница 73

– Ваше высокородие Алексей Николаич! Что делать-то? Чтоб в петле не болтаться.

– Меня слушать.

– Так… слушаю…

– Это мой помощник Азвестопуло, звать Сергей Манолович. Он тоже из Департамента полиции, состоит в чине коллежского асессора.

– Понятно.

– Мы прибыли сюда прямо из Царской Ставки. Выполняем личное поручение наштаверха Алексеева. Вот, читай.

Ражий Рыжий изучил протянутый ему открытый лист и вернул:

– Серьезная бумага.

– Складочное место, которое ты охраняешь, приказано разорить. Всех шпионов – под суд. Если поможешь нам, остаешься на свободе и живой.

– Как же на свободе! – не поверил бандит. – Сунете меня обратно в арестантские роты.

– Даю тебе слово, что отпущу по-хорошему. Начальство мое и не узнает… Гуляй где хочешь, только не попадайся мне больше на глаза.

– Россия большая, а вот гляди-ка: я вам попался. Где Литовский замок, а где Гудауты…

Ражий Рыжий откинулся на спинку стула и лишь теперь сообразил:

– Так это вы били меня по голове? И матросов наслали тоже вы?

– Мы. А ты все время убегал. Как тебе это удается?

– Ловкость рук и никакого мошенства. Алексей Николаич, я согласен. Если вы взялись, доведете до конца; уж мы, фартовые, знаем. На виселицу неохота. Говорите, что я должен делать.

– Завтра утром мы придем к твоей хевре[66]в духан с якорем, там ты скажешь, что мы с тобой знакомы. Здесь я выступаю под именем Говорова.

– Какого? – тут же уточнил бандит.

– Который «счастливец».

– Он же Кляузин? Иван Трофимыч настоящее его имя. Мы вместе сидели в следственной тюрьме.

– Да, вот под его личиной я здесь. Замысел такой…

И статский советник рассказал о легенде прикрытия.

– Становись на нашу сторону. Первым делом подтвердишь, что я Говоров. Вроде бы все верят, но свидетель не помешает. Во-вторых, расскажи, что знаешь, про шпионство.

– Мало я знаю… Наняли меня приглядывать за Гудаутами, подозрительных проверять, сообщать об них куда следует…

– А куда следует? Кто твой начальник из шпионов?

Ражий Рыжий начал рассказывать более подробно:

– Каждый вторник я хожу во дворец и отчитываюсь. Начальнику моему фамилия Норманн, звать Евгений Евгеньевич.

– Вольноопределяющийся из Дикой дивизии? Кокаинист?

– Он, собака. И вовсе не кокаинист, а прикидывается. Хитрый, хоть ему нет и двадцати пяти годов.

– Еще кого знаешь?

– Один раз, когда меня принимали на службу, удостоился аудиенции у полковника графа Зарнекау. Он вроде как командует Норманном. На вид гуляка, но это только на вид.

– А камергер Кнопфмиллер?

– Не моего полета птица, меня к нему не допускают.

– Как думаешь, он резидент? То есть главный здесь над шпионами?

Веревкин открестился:

– Я ж не специалист в таких делах. Откуда мне знать?

– То есть твое дело наружное наблюдение в Гудаутах, и все?

– Именно так. Пару раз мы помогали контрабандистам, таскали ящики. Вроде там было оружие.

– Кто его принял и куда послал?

– В самой бухте Мюссеры есть как бы поселок, или, лучше сказать, стоят несколько бараков…

Азвестопуло оживился:

– Ты был в бухте?

– Нет, туда никого не пускают. По разговорам сужу. Так вот, охраной самой бухты заведует один лихой абхазец, ихний князь, зовут его…

– …Шаиба-оглы, – опередил атамана статский советник.

– Точно. Не видались с ним? Нет? Он принимал груз, распоряжался, деньги платил контрабандистам. С ним был еще еврей по фамилии Малкин, этот шел за главного.