Чашечку кофе, доктор? - Ольга Авдеенко Страница 78

— Я исключаю отравление, – сказал врач. – У Купер сотрясение мозга, а одним из типичных симптомов этой травмы является рвота. Ее приступ мог быть дополнительно спровоцирован переутомлением после прогулки.

«Мисс Кроуфорд!» – мысленно скрипнул зубами Найт, поблагодарил врача и вышел в коридор. Там он почти сразу натолкнулся на Джека Финнегана. Тот бодро отрапортовал:

— Мисс Кроуфорд благополучно отправлена мною домой в сопровождении лакея!

Инспектор пробурчал что-то вроде: «Неужели кто-то на небесах услышал мои молитвы?»

— Я только что узнал, – газетчик приблизился к нему и понизил голос, – блондинка из приемного покоя шепнула: уборщицу отравили. Это правда?

— Нет. Но появились новые сведения.

— Я что-то пропустил?

— Сейчас узнаете.

Когда инспектор Найт и Финнеган появились кабинете главного хирурга, тот, сидя за столом, поднял голову от журнала и обреченно вздохнул:

— Снова вы.

Инспектор подошел почти вплотную, оперся обеими руками о столешницу и наклонился вперед, глядя врачу прямо в глаза. При этом он отметил, что другой на месте Кэмпбелла невольно отпрянул бы назад, но тот даже не шелохнулся. Было непонятно: говорило это о твердости духа хирурга или же о том, что он просто слишком устал, чтобы реагировать на подобные приемы.

— Вы сказали, что не представляете, кто из ваших сотрудников может быть убийцей, – проговорил Найт жестким, официальным тоном. – Верно?

— Верно.

— А вы сами?

— Что – я? – не понял тот.

— Сколько вам лет, сэр? Наверное, под семьдесят?

— Шестьдесят семь.

— Разве вам не приходило в голову, что очень скоро вас может потеснить с вашего места кто-нибудь из более молодых врачей? Например, доктор Паттерсон?

Хирург побагровел. Он хотел вскочить, но неловко зацепился карманом халата за подлокотник кресла и снова сел.

— Вы… – задыхаясь, проговорил он. – Вы… обвиняете меня?!

— Пока я лишь рассуждаю, – спокойно отозвался Найт. Он придвинул стул и уселся, небрежно откинувшись на спинку. – Пытаюсь найти объяснение тому факту, что вы скрыли от меня свое присутствие в больнице в день убийства Паттерсона.

— Я был тогда на медицинской конференции, если помните, – возразил Кэмпбелл, стараясь успокоиться.

— Да, я помню, вы это утверждали, – кивнул инспектор. – Однако конференция начиналась в двенадцать – так записано в журнале сестры Барлоу. А с утра вас видели в отделении.

— Этого не может быть, потому что я был в Королевском медицинском обществе, на Бернерс-стрит.

— И еще я прекрасно помню, что вчера, прежде чем впустить меня к доктору Хиллу, вы настояли на том, чтобы пойти к нему сначала одному. Мне вы предложили зайти минут через двадцать. Почему?

— По-моему, я вчера же вам и объяснил причину: я обязан был проверить, в состоянии Хилл отвечать на ваши вопросы.

— А может быть, вы хотели убедиться, что инъекция хинина, которую вы ему сделали, уже начала действовать?

— Могу ли я осведомиться, – Кэмпбелл уже настолько овладел собой, что в его голосе появились едкие нотки: – вы полагаете, что и сестру Батлер тоже убил я? Какова же причина? Она не представляла угрозы моей карьере.

— Сестра Батлер могла что-то знать или догадываться.

Хирург покивал и заговорил:

— Хочу отметить, что у вас хорошо развита фантазия. Однако давайте рассуждать логически, как – надеюсь! – это делают люди вашей профессии. Отвечаю по пунктам. Первое: конференция. Да, она действительно началась в двенадцать. Однако я приехал пораньше, потому что хотел обсудить кое-что с коллегами, пока не начались доклады. Можете выяснить это у тех, с кем я там разговаривал.