Тайна мыса Пицунда - Николай Свечин Страница 92

Тут открылась дверь, и официант внес горячее. Гучков прервал свой монолог. Когда они снова остались вдвоем, продолжил:

– Потому я против назначения Лукавого[83]. Он уже был главковерхом и драпанул до Минска и Риги. Потом, надо соблюдать закон о престолонаследии!

– Не понял, – удивился генерал-майор.

– Львов предлагает Николаю Николаевичу сесть на трон, когда место освободится. Но ведь следующий в очереди на престол после мальчика – великий князь Михаил Александрович.

– Он лишился своих прав после того, как женился, да еще без разрешения государя, на не равной ему женщине, Вульферт, – возразил Таубе.

Октябрист пожал плечами:

– По мне, так и пускай живут вместе по любви.

– Если по закону, то следующий в очереди великий князь Кирилл Владимирович, командир Гвардейского экипажа.

– Моряк-с-печки-бряк? Он же пустое место!

– Тот, кто царствует, но не правит, может быть и пустым местом.

– Поймали меня на слове, – хохотнул политик. – Но…

Он посерьезнел, отодвинул пустую тарелку и заговорил наконец о деле:

– Я прошу вас встретиться с вояками и прощупать их настроения. За мной опять следят, доносят государю, мне трудно беседовать с генералами.

– Северный, Западный и Юго-Западный фронты? А Кавказский?

– Он далеко от тех мест, где станут скручивать голову Николаю Александровичу Романову.

– Скручивать будут в Ставке? – уточнил Таубе. – Как вы это проделаете?

– А что?

– Ставка хорошо охраняется верными царю частями. Две сотни личного конвоя, Георгиевский батальон, лейб-гвардии полевой жандармский дивизион, батальон сводного Его Величества полка, две батареи с пулеметной командой, Пятый Сибирский стрелковый запасный батальон, караульная команда, авиаотряд… Надорветесь!

– Мы, заговорщики, понимаем это и готовимся изъять богоносца в другом месте. Где его не так караулят.

Таубе осторожно произнес:

– Ставка находится в Могилеве, оттуда государь часто ездит к семье в Царское Село. Его дорога проходит через Псков, где штаб Северного фронта, которым командует Куропаткин. Вы полагаете, он примкнет к вам?

Гучков сердито отмахнулся:

– Пердришкина[84]на этой должности скоро не будет. Его пошлют усмирять Туркестан, где среди киргиз-кайсаков началось восстание.

– Кого же посадят на фронт, который закрывает германцам путь к Петрограду? Неужели опять «героя Галиции»?

– Вы очень умны, Виктор Рейнгольдович, я всегда так говорил, – ответил Гучков. – И здесь попали в точку. Посадят старого главнокомандующего, Рузского. За него хлопочет Распутин.

– И это сыграет вам в руку?

– Опять правы. На том и строится наш расчет. Когда ситуация созреет, а Николай Александрович Романов опять помчится к своей стерве-жене за очередными инструкциями, его блокируют именно в тыловой полосе Северного фронта.

– Кто именно блокирует?

– Гвардейские кавалерийские части.

В голосе генерал-майора прозвучало раздражение:

– Откуда им взяться в тылах Северного фронта? Они воюют на Юго-Западном.

– А запасные эскадроны? Они стоят в Новгороде, в Аракчеевских казармах. Сейчас с офицерами этих эскадронов ведет работу князь Борис Леонидович Вяземский.

– Бывший личный секретарь Столыпина? – с трудом припомнил барон.

– Да, но начинал он службу корнетом в лейб-гвардии Конном полку, – со значением дополнил Гучков. – Связи и знакомства остались при нем. И результат есть: офицеры уже не хотят терпеть то, что самодержец творит в последние годы, и готовы его… это самое…