Грехи маленького городка - Кен Джаворовски Страница 94

Четыре первые ступеньки лестницы в подвал я преодолел в вертикальном положении, а остальные до самого низа – сидя на заднице. Немного порыскал вокруг и нашел то, за чем сюда явился: старые костыли. Они остались с тех пор, когда Кейт вывихнула лодыжку. Я попробовал ходить с ними и обнаружил, что так гораздо легче.

— Вот теперь как два пальца об асфальт! – радостно провозгласил я, крутанулся на костылях и тут же рухнул рожей вниз.

* * *

Наконец мне удалось подняться обратно на первый этаж, сходить в спальню, найти джинсы и осторожно натянуть их на себя. Не самая удобная одежда в июньскую жару, но они скроют рану на ноге и вообще лучше подходят для моего плана. Я кое-как побрился, надел условно чистую футболку и пошел в комнату Энджи. Ее школьный рюкзачок висел на крючке – фиолетовый, с блестками и изображениями всяких мультяшных героев. Конечно, мне не хотелось его брать, но других рюкзаков в доме не было, а для дела требовался именно рюкзак. Я продел руки в лямки.

— Как думаешь, справишься? – спросил я у зеркала в гостиной. – Если нет, даже из дома не выходи: незачем. Возьми бабки того извращенца, удолбайся и сиди тут, если думаешь, что не осилишь это дерьмо.

Отвечать вслух на собственную речь я не стал. Не хотел внушать себе ложную уверенность, чтобы потом не оказаться лжецом.

Вместо этого я открыл дверь и поковылял на костылях по улице к универмагу строительных товаров Кайзера.

Нейтан

За годы долготерпения я уверился, будто могу вынести все. Может, так оно и есть, если говорить о разочарованиях бездетного брака и бесперспективной работы, которые со временем лишь усугубляются. Однако меньше чем за неделю я нашел мешок с миллионами долларов, несколько раз солгал полицейским, узнал ужасную правду о событиях собственной юности, а всего шесть часов назад утопил в озере труп. Слишком уж быстро развивались события, и в результате у меня поехала крыша. Отлетела кукушка. Снесло башню. Такие фразы в детстве кажутся ужасно забавными, но оборачиваются ужасом в ситуации, когда подобное состояние становится реальностью.

Я изгрыз ногти, два – даже до крови, пока почти час расхаживал по гостиной. А когда перестал метаться туда-сюда, увидел на ковре диагональную линию, которую оставили мои хождения. Однако успокоиться они совсем не помогли, поэтому я переключился на бурбон и к возвращению Полы с вечернего больничного дежурства пил уже третью порцию.

— Привет, – покосившись на стакан, поздоровалась жена.

— Привет. Как дела на, гм, работе?

— Хорошо.

— А тот парень как?

— Его будут стабилизировать у нас еще два дня, а потом отвезут на вертолете в Филли.

— Он очнулся?

— Нет, но начал шевелиться, так что скоро придет в себя.

Пола пошла в кухню, я – за ней.

— Мы можем поговорить?

— Поговорить с тобой, Нейтан, я готова в любой момент. Только этого и хочу: поговорить. Но ты каждый раз меня затыкаешь.

— Прости. Я понял, что слишком… не знаю, какое слово лучше подойдет. Издергался. Распсиховался. Даже еще хуже.

— Ну так верни деньги.

Я сделал глоток бурбона.

— Помогает? – поинтересовалась жена.

— Нет.

— И что? Вернешь деньги?

— Нет.

— Тогда мы их сожжем. Вот что нам надо сделать: сжечь все купюры до последней. И доказательств не останется.

— Я не стану сжигать два миллиона долларов. Ни за что. Это мои деньги. Даже не проси.