Опасный. Волшебный. Кот - Маргарита Ардо Страница 106

— Ева! — воскликнул Стас с таким видом, словно не видел вечность, и бросился ко мне. — Ева! Любимая моя!

И без прелюдий обнял меня крепко-крепко, прижал к себе и начал целовать, нежно касаясь губами, руками, носом. Мою грудь переполнило счастье: ведь он был горячим, пахнущим чем-то своим, особенным, свежим, а еще немного — древесным парфюмом. Стас был нежным до головокружения и потери мыслей. И я целовала его, отдавшись полностью выплескивающемуся из меня чувству. Мы целовались долго и запойно, влюбленные до безумия, пока наглое синее существо не сказало:

— Нет, я все понимаю, но час, господа, час! У вас же губы отвалятся! И меня кто-нибудь вообще кормить будет? Между прочим, если бы не я, вы б вообще не встретились…

Мы посмотрели на Говоруна, он изобразил святую невинность, сидя на тумбочке прямо перед нами.

— Подарки, награды, призы за мою опасную интригу по вашему знакомству и налаживанию отношений принимаю уткой в соусе. Энергия благодарности тоже принимается, но утка лучше. Три за раз. Нет, четыре.

— Ты же лопнешь, — сказали мы со Стасом хором и рассмеялись.

Но, впрочем, перекусить и нам стоило.

— Кажется, я не ел целую вечность, — признался Стас. — Холодильник пустой, да и я торопился к тебе, Ева. Поэтому заказал все, что мог, из города, и суши с пирожными из нашей кофейни. Странно, что до сих пор не доставили.

— Курьеры ваши тоже вечно целуются вместо работы, — буркнул кот. — Сам видел.

И я пошла готовить завтрак и утку в соусе выдавливать в синюю мисочку. Говорун слопал все быстрее, чем в сковородке созрел омлет с помидорами и шпинатом. Стас на моей маленькой кухне сидел неуместно большой и совершенно счастливый. А я подумала, что без магии тоже жить хорошо. Главное, он жив, и мы вместе! От радости хотелось плясать и кружиться на одной ножке. Счастье выплескивалось через край, и я случайно сбила рукой кружку. Стас выставил ладонь, кружка зависла в воздухе. И я тоже…

— Магия… Она в тебе осталась? — ошеломленно пробормотала я.

— А куда она денется? — поговорил с холодильника сытый и довольный кот. — Кощей и человеком был кощуном, веками способности вырабатывал, память ему не отшибло… не деменция же.

Стас взял в руки зависшую кружку, посмотрел на нее. Налил кофе из джезве нам обоим и улыбнулся.

— Мне и самому интересно было, но да, ты прав. Никуда не делось.

— Только энергии у тебя не безгранично, — ответил кот. — Теперь ты не бессмертный. Перетратишь, будет откат. И живой воды тут нет, а ход закрыт.

Стас сощурился.

— А скажи-ка, наш прекрасный синий друг, почему ты здесь, а не в Нави? Неужто светлые позволили?

— Я сам по себе, что мне они!

— Не хитри! — добавил строгости в голос Стас. — Наказан?

— Ну… — Кот поводил лапой по верхушке холодильника. — На годик-другой приютите?

И я только теперь обратила внимание, что Говорун был не таким ярком-синим, как прежде, скорее серо-голубым, в пределах реальной нормы.

— За что тебя?

— За вашу любовь, — вздохнул кот. — Поэтому вы за меня и несете ответственность. Я пока побуду маленьким и милым, практически совершенно домашним, но кормить меня надо хорошо! И гладить.

— Ясно, тебя сослали в Явь за нарушение временного континуума и за открытие переходов из Нави в Явь где попало и когда попало, — хмыкнул Стас.